После того рокового случая мы так ни разу и не выступили на сцене. Фирмы звукозаписи больше не приглашают нашу группу для записей музыкальных альбомов. На телеэкранах не появляются наши веселые физиономии. Пресса не пишет о нас восторженных рецензий. Нас постепенно стали забывать.

Но однажды, когда мы шли по улице, одна сердобольная старушка, завидев нас, стала вразумлять своего внука:

— Посмотри, внучек, на этих дядей. Это их чуть не скушала публика за то, что они громко играли. Смотри, сегодня не вздумай заводить свой магнитофон!

Мы рассмеялись. Новое поколение — старое наставление!

POSTLUDIUM

ПОКА НЕ ПОЗДНО

И на глазах ее края гранятся,

Она одна со мною говорит,

Когда другие подойти боятся.

Когда последний друг отвел глаза,

Она была со мной в моей могиле

И пела, словно первая гроза,

Иль будто все цветы заговорили.

Тематические сборники научной фантастики знакомы читателям издавна. Они посвящались самым разнообразным характерным для жанра проблемам — контактам цивилизаций и их вероятному многообразию, путешествиям во времени и пространстве, неожиданным изобретениям и экзотическим живым существам. Но прекрасная и нежно любимая бесчисленными ценителями ветвь литературы, называемая фантастикой, питающаяся, как и все литературное древо, соками жизни, и так же как искусство в целом, отражающая жизнь во всей ее полноте, сложности, красоте и безобразии, естественно, не могла не исследовать и искусство, его перспективы в эпоху Homo cosmicus. Читатели знают немало произведений на эту тему, в 1969 году издательством “Мир” был даже выпущен специальный сборник “Музы в век звездолетов”. Книга, которую вы держите сейчас в руках, — из того же ряда. Разница лишь в том, что сборник “Интегральное скерцо” посвящен не искусству вообще, а музыке в частности.

Литература и музыка — две сестры в семье Искусства. Их устами наиболее чуткие, талантливые и совестливые представители рода человеческого зовут его вперед, учат (не всегда успешно, но это — не их вина) выбирать достойные пути в достойное будущее, стремиться к совершенству, предостерегают от фатальных ошибок, от деградации, от застоя. Но знаменательно, что эти сестры — литература и музыка — еще и заботятся друг о друге, проникают друг в друга, способствуют возникновению чудесных явлений в результате их синтеза, — в особенности, синтеза музыки и поэзии, родственность которых отражена даже и в привычных словесных формулах — поэтическая музыка, музыкальная поэзия.

Поистине необъятна литература — и поэзия и проза, — непосредственно посвященная музыке. Но настоящая Большая литература всегда музыкальна и не может быть иной, потому что занимается фундаментальными проблемами человеческого бытия и подчиняется общим законам красоты.

В сущности, и литература и музыка — И.С.Бах и Гете, Бетховен и Л.Толстой, Чайковский и Бунин (разумеется, этот ряд можно продлевать до бесконечности) — мудрыми взглядами пронзают и прошлое, и настоящее, и будущее. И эта всенаправленность в потоке времени — одна из многочисленных граней, соединяющая музыку и литературу. В пронзительнейшем “Буранном полустанке” нашего современника Чингиза Айтматова переплелись реализм и фантастика, выраженные изумительно ясным музыкальным языком, вызывающим ассоциации с творениями и Моцарта, и Берлиоза, и Шостаковича. Трагически звучат завершающие аккорды: “Ракеты уходили в дальний космос закладывать вокруг земного шара постоянно действующий кордон, чтобы ничего не изменилось в земных делах, чтобы все оставалось как есть…”

“Чтобы все оставалось как есть…”

Мучительные вопросы — где, в какой точке своего исторического пути мы, люди Земли, находимся, куда идем, что нас ждет за горизонтом? На исходе второго тысячелетия становится все более очевидным, что если что-то и может еще спасти мир, то это — красота, имя которой Искусство. Большинство трезво мыслящих людей уже поняло, что человечество находится в опасной близости к пропасти. Правда, благодаря совместным усилиям его лучших представителей темпы сползания к опасной черте в конце восьмидесятых годов несколько замедлились, но… лишь замедлились. Все еще остаются весьма серьезные тревоги, основанные прежде всего на военном противостоянии разъединенных наций, на противостоянии человека и природы, на противостоянии высокого и низменного в самом человеке.