Читаем Индульгенции полностью

Его рука скользит по моим расстегнутым джинсам, поглаживает меня между карманом и ширинкой.

– Не сейчас, – кладу руку на его напряженную ладонь. – Я немного устал.

Он убирает руку снизу и гладит меня по щеке.

– У тебя есть кто-то, кроме меня?

«Stay fair – Take care»

- Нет.

Не применяй все правила подряд. И главное – не делай вид, что для тебя это важно.

– Я могу тебе верить?

– Что это значит? – меняю тон на осуждающий.

– Прости. Я погорячился. Хочешь чая?

– Хочу спать.

Когда Лера засыпает и перестает действовать мне на нервы, я, наконец, привожу общую картину в порядок. Я встречался с отцом до тусовки в клубе, а потом встретился с Лерой. Это был тот самый день, и этот урод не рассказал мне ничего об аварии, хотя обычно делится со мной всяческими событиями вроде «собака колесо пометила» и «птица капот обосрала». Мое же внимание больше заняла стрельба из травмата около клуба, и на этот вечер мне больше не хотелось потрясений. Я не стал задерживаться и ждать дальнейших разборок, но потом знающий человек рассказал мне, что дело было в каком-то мелком барыге, поссорившемся то ли с клиентом, то ли с человеком дилера, то ли просто с кем-то из клуба.

Потом уже я получил вызов от Леры, который слетел, пытался перезвонить, но снова пошла какая-то перебивка, и пока Лера набирал мой номер, отец ехал в обратную сторону. Все это произошло на одной и той же дороге – так выглядела картина, которая была скрыта от меня все это время. Ни один из них не знал про другого. А в центре всего этого был я. И есть я.

Алекс вроде как пытался мне намекнуть, что мне следует забыть обо всей этой истории с регистратором, и я делал вид, что мне плевать и занимался обрубанием концов в личных отношениях, чтобы быть готовым к отлету с чистой совестью. Теперь меня охватил жар, неумолимый азарт, и в моих жилах течет адреналин, которого не добудешь даже при самом нетрадиционном сексе или прыжке с тарзанкой или с парашютом – это я тоже пробовал, по три раза. Никаких эмоций, кстати, уже на второй раз.

Лера уже спит достаточно глубоко, чтобы я мог выбраться из постели, забрать айпад и уйти с ним в туалет, по дороге прихватив карту памяти из мобильника. Скопировав нужный мне файл, я ощущаю, как сводит кишки, и мне приходится отложить ноутбук и воспользоваться туалетом по назначению.

Я возвращаюсь на цыпочках, кладу макбук на место и прячу карту. Если вся та история выгорит, я буду для Ани Христом во плоти. Проблема лишь в том, что она обрубила связь со мной – видимо, поняв, что я ей ничем помогать не намерен. Прошло немало времени, праздники в ее семье наверняка не удались, и она надломлена по полной, как и ее муженек. И оставить меня в недоумении вместо того, чтобы умолять о помощи дальше, было ошибкой. Она должна понять это, иначе все, что я делал, все, о чем думал применительно к ней, потеряет вес. Лера что-то бормочет во сне, и я подумываю как следует его…

Валера

…и ради этого записался в фирму по наращиванию ногтей, которая находится на этаж выше. Смех, да и только. Эта конспирация выглядит как mauvais ton, с учетом моей миссии, но мое понимание к людским слабостям безгранично. Что ж поделать, Виктор – особый человек. Он мне не нравится во всех смыслах – я бы не стал спать с ним и за большие деньги, откровенно говоря. Но деловых партнеров иногда не выбрать, можно только сожалеть и продолжать работать.

– Насколько тебе нужно все это? – зачем-то спрашивает он уже после достижения договоренности. – Подумай, как следует. Не все так прозрачно, как тебе кажется.

– К чему это ты?

– К тому, что я не уверен, умеешь ли ты держать язык за зубами. Помнишь, на чем мы поссорились когда-то?

– Ну, не начинай снова, я уже просил прощения за это, господь мне судья, – я раздражен, но должен держаться рамок приличия.

– Возможно, твоя мотивация слишком высока. Этого я и опасаюсь.

– Ох, Victor, Victor, – изображаю кривой французский акцент, чтобы позабавить моего напряженного собеседника. – Hereux est celui qui a le but. Да и потом, мне ведь не нужны лишние проблемы – равно, как и тебе.

– Мне плевать на проблемы, – врет, лишь бы показать, какой он крутой мужик. – Но я хочу, чтобы все было чисто. Все эти темы с разборками на зоне и тем более – после сброса из СИЗО – давно не в моем стиле, и хвосты мне ни к чему. Урегулируй вопрос в рамках правового поля. А потом уже разберемся, если кто-то останется недоволен.

– Я рад, что ты понял, сколь ценно наше le connaissance.

– Не преувеличивай.