Читаем Иисус и Ессеи полностью

С: Некоторые из нас знают жизни предыдущие, да. Те жизни, которые важны. Проще не помнить, ибо если вспомнить, то, скорее всего, на тебя обрушится страшное чувство вины. А этого, может, и не нужно на сей раз. Если б было нужно, оно бы вспомнилось. В общине есть те, кто научен вспоминать. И есть те, кто хотел бы выбрать себе этот путь, но он не для всех. Если бы кто-то спросил у старейшин, кем он был раньше, они смогли бы ответить. Есть наставники, которые имеют дар не только вспоминать свои жизни, но и помогать другим в их воспоминании. Но по большей части те, кто знают, кем они были, вспоминают сами. Обычно Яхве решает, дарует ли он кому-то такую память, а потом начинается следование по этому пути.

Я взяла в библиотеке книгу, в которой было несколько цветных фотографий местности возле Кумрана. Я подумала, что интересно было бы посмотреть, сможет ли Садди узнать что-нибудь на них. Я спросила, не хочет ли он взглянуть на изображения, и он ответил словом, которое звучало как «садат». Я заставила Кэти открыть глаза, и она начала рассматривать фотографии застывшим взглядом. На одной из них были запечатлены безжизненные горы.

С: Это долина к югу от нас. Там есть вот такие же холмы. А вади проходит... вот здесь.

Он прочертил пальцем вниз вдоль чего-то, что казалось мне долиной или впадиной между холмами. «Вади» — это долина или ущелье, которые наполняются водой только в сезон дождей, а в остальное время сухи. Это слово означает также бурный поток воды, протекающий по подобным руслам. Теперь Садди смотрел на фотографию на следующей странице. Там были развалины какого-то города, запечатленные с большого расстояния.

С: А почему так далеко? Так ничего нельзя показать. Выглядит как то же самое место, но мне это незнакомо. Вот тут вади, в котором есть вода. Я знаю очень мало вади, которые не пересыхают, когда холмы так пустынны, как эти.

На фото с дальнего расстояния виднелась то ли дорога, то ли русло реки. Вероятно, это была дорога, но для Садди она походила на вади. Возможно, в его время еще не было столь четко обозначенных дорог. Я забрала книгу и снова закрыла Кэти глаза. Если эти развалины были в тех местах, где жил Садди, то, выходит, места эти были засушливы и бесплодны. «Да, у нас сухо. Дождей выпадает очень мало».

Садди сказал, что, когда он ходил из Кумрана в Назарет, он следовал караванными тропами среди холмов, которые были даже выше, чем те, что на фотографиях. Мне казалось, что проще было бы идти по пересохшим руслам, чем карабкаться в горы, которые выглядели очень дикими. Но совершенно очевидно, что я просто не понимала той культуры. «А если бы выше в горах прошел дождь, меня бы смыло водой. Нет уж».

Я поинтересовалась, почему он никогда не бывал в Иерусалиме, который гораздо ближе, чем Назарет, и намного больше. «Нет нужды, да и желания бывать там. Не очень-то меня тянет в города. Там шумно и полно невоспитанных людей. С чего я должен хотеть видеть этот бедлам?»

В процессе исследований я нашла много иллюстрированных книг, в которых были приведены фрагменты свитков Мертвого моря. Я подумала, что, наверное, было бы интересно проэкспериментировать, сможет ли Садди прочесть хоть что-нибудь из написанного. Пожалуй, это было возможно, поскольку Кэти очень прочно отождествилась с другой личностью. Один из образцов представлял собой шесть написанных строчек, каждая из которых немного отличалась от других. Как оказалось, это были образцы рукописного шрифта, используемого в то время. Тогда я еще не знала о трудностях чтения на этих древних языках (об этом говорится в главе 14). Я предложила Кэти открыть глаза, и она вновь устремила на страницу взгляд остекленевших глаз.

Д.: Знакомо тебе что-нибудь из этого? С. (последовала долгая пауза, пока он изучал изображение): Написано двумя разными почерками.

Возникла еще более долгая пауза. Взгляд Кэти скользил по странице снизу вверх и справа налево.

С: Похожи на еврейские письмена. (Он указал на одну строчку.) Нет, а вот здесь не так. Эти две не такие. (Он указал еще на две строчки.) Не уверен, но похоже на это. Выглядит почти так, как будто кто-то просто выписывал знаки. Я в этом не улавливаю никакого смысла. Смотрится так, будто кто-то упражнялся в письме, и притом не один человек. Начертано разными стилями.

Я забрала книгу. По крайней мере, я узнала, что это, оказывается, разные люди просто практиковались в письме.