Читаем Игра сэра Валентайна полностью

   -- Носитель множества мужских достоинств. -- согласился евнух. -- Прошу вас следовать за мной.

   Следовать оказалось довольно далеко, практически на противоположную сторону отнюдь не маленького дворца, в коридорах которого царило совсем не характерное для этого времени суток оживление. Куда-то постоянно неслись служанки, стража стаяла с парадно-мрачными физиономиями, из некоторых комнат доносились неискренние стенания на тему "На кого ж ты нас покинул, сокол ясный"? Короче говоря, траурная церемония еще толком не началась, но подготовка шла по полной, и на все это накладывался траур по почившему в бозе, совсем недавно, принцу Нуману.

   "Интересно, Джимшала скоро найдут, чтобы совсем уж не султанский дворец, а зал поминовения получился?", подумал сэр Максимилиан. В том, что непутевый принц уже кормит червей или, положим, крабов, он практически не сомневался. Как не сомневался и в скорой, если уже не случившейся смерти юного Ильяса, поспешившего смазать пятки салом при первых признаках начавшееся драки за власть. Поступил принц, безусловно, правильно, однако кто ж даст потенциальному претенденту на престол свалить за кордон, где жив он, скорее всего, останется, но станет козырным тузом в дипломатии немирных и амбициозных соседей султаната? Только дурак. А дураком Гемаль не был, не говоря уж о его матери, султанше Фирузе.

   -- Прошу вас обождать тут. -- провожатый сэра Максимилиана остановился у резной двери, по бокам от которой вытянулись двое дюжих молодцов, самого что ни на есть неевнуховского вида -- ражие, бородатые, в чешуйчатых панцирях и шлемах, они подозрительно косились на аазурца, сжимая рукояти ятаганов и хмуря брови. -- Я доложу принцу о вашем прибытии.

   Благородный Годриг хотел сказать посланцу нечто язвительно-напутственное, но тот моментально скрылся за дверью и сэру Максимилиану не осталось ничего иного, как с самым невозмутимым видом начать игру в "кто кого переглядит" с "Синими львами" (хотя знаки полка и были спороты с плащей пехлеван, больше быть часовые просто никем не могли). Игра закончилась ничьей, поскольку евнух вернулся уже минуту спустя и пригласил "почтенного Хайнриха Бойль" в апартаменты.

   Принц принял мнимого купца наедине, хотя, на сей счет аазурец не питал ни малейших сомнений: за занавесями и драпировками, наверняка пряталось несколько телохранителей. Одет Гемаль был в фиолетовый, украшенный золотым аграмантом халат поверх малиновой дишдаши, а голову его покрывала фиолетовая же, увенчанная крупным рубином чалма. Талию принца опоясывал малиновый, шитый золотом, кушак в две ладони шириной.

   -- Счастлив лицезреть Ваше Высочество. -- сэр Максимилиан согнулся в подобострастном поклоне у самого входа.

   -- Проходите, проходите почтенный. -- возлежащий на тахте принц поманил Годрига рукой, указывая на небольшой табурет напротив себя. -- Присаживайтесь. Боюсь, времени у нас крайне мало.

   -- Лихие настали времена, -- произнес разведчик, повинуясь команде принца усаживающийся на табурет, -- коли даже достойнейшие из достойных и могущественнейшие из великих не властны над своим временем.

   -- Воистину так. -- скорбным голосом ответил Гемаль. -- Злой рок навис над Имладоном и моей семьей, почтенный Бойль. Отец и повелитель мой болен, и мало надежд осталось на его исцеление. Двух братьев, -- тут принц сделал движение, будто вынимает руками из груди свое разбитое и кровоточащее сердце и протягивает его собеседнику, -- двух своих самых близких родичей потерял я за два дня и страшусь теперь вестей о любезном моем брате Байасите, которого давешняя ужасная буря застала в открытом море. Джимшал же, которого я боготворю невзирая на его ветреность и невоздержанность, пропал. Горе, горе мне!

   "Что ж ты так убиваешься, ты же так не убьешься", подумал сэр Максимилиан. "А вообще-то, трое покойников в султанском семействе за три дня, это не так уж и много, когда речь идет о короне. Твой дед в подобной ситуации за день умудрился извести четырех из пяти конкурентов".

   -- И вот, -- продолжил меж тем принц, -- в эту страшную годину должно нам, принцам Имладона, собрать Диван, дабы решить судьбу государства, однако нет в нашем семействе единодушия, как нет его и среди везиров.

   Голос принца трагически возвысился и пресекся, а Годриг подумал о том, что в Гемале Резервном пропадает великий драматический актер, которому, во времена Империи, стоя рукоплескали бы все ее одеоны.

   -- И истинно, в этот трудный час, словно бальзам пролился на мою душу, когда моя мать, султанша, -- принц на краткую долю мгновения запнулся, однако это обстоятельство не укрылось от сэра Максимилиана. "Не иначе как собирался назвать ее султанша-валиде, поганец, -- внутренне усмехнулся он, -- Надо же, как корону получить хочется. Живого отца в домовину положить готов", -- поведала мне о дружеском расположении ко мне, недостойному, добрых негоциантов из Аазура.