Читаем Игра сэра Валентайна полностью

   Больше всего на свете уставший, почти не спавший за последние двое суток и задерганный даруге, хотел бы сейчас сообщить всем присутствующим, что он думает о них всех вместе взятых, а затем рассказать каждому из них подробности этого мнения по отдельности, начиная как раз с Кавуса-аги, однако сделать этого, по вполне понятным причинам, никак не мог. Вместо так и рвавшихся с языка слов, он, будничным и монотонным тоном начал свой доклад.

   -- Расследование на месте происшествия полностью закончено, тело принца Шуля передано для подготовки к погребению. Исследование апартаментов покойного не позволило сделать предположения о ложности свидетельских показаний евнухов из охраны Топкапы Мехмеда ан-Яхши и Асана ир-Ферруха, сообщивших следующее...

   Хан принял из рук своего адъютанта папирусный свиток, развернул его, и начал читать вслух.

   -- Мы, Асан ир-Феррух и Мехмед ан-Яхши, стражи-евнухи дворца Топкапы и сераля Солнцеликого султана Джимшала, да хранит Его Тарк, да длятся годы его вечно, да пребудет на нем благость Илины, и доме Его, и женах Его, и детях Его, и на все дела Его да прольется... ну, это можно пропустить... заступили на пост с четвертую по шестую стражи включительно у покоев принца Шуля в ночь с девятого на десятое число месяца Гюрзы года 4572-го от сотворения Тарком Мироздания, согласно месячного графика дежурств на постах, установленных Великим Евнухом и смотрителем дворца, достопочтенным Даудом ар Кашми, да благословит его Тарк. Находясь на посту ничего подозрительного мы не заметили. Принц Шуль, мир с ним, вернулся в свои покои ближе к концу четвертой стражи и выглядел изрядно расстроенным, почти сразу после своего возвращения он потребовал от слуг красного моэсского вина и закрылся. Ни до, ни после этого в его покои никто не входил. В середине пятой стражи из апартаментов принца Шуля, мир с ним, раздался странный шум, описать который мы затрудняемся. Заподозрив неладное мы постучались в дверь и поинтересовались, все ли в порядке. Не получив ответа, мы, в соответствии с наставлением о несении караульной службы во дворце Солнцеликого, его пунктом семнадцать раздела два "Чрезвычайные происшествия на посту", громкими криками оповестили соседние посты о нештатной ситуации и предприняли меры к вскрытию двери. Дверь в апартаменты принца Шуля, мир с ним, была заперта изнутри, и нам пришлось выломать ее, для чего была использована колонна-подставка бюста султана Рахмета Таркобоязненного, в результате чего и дверь, и колонна-подставка были приведены в состояние полной негодности к использованию. Проникнув в помещение мы обнаружили, что принц Шуль, мир с ним, в своих покоях отсутствует, на столе в передней комнате стоит почти пустой кувшин из под вина и кубок, дверца на балкон открыта. Выбежав на балкон мы обнаружили, что принц Шуль, мир с ним, лежит под ним, на брусчатке, и признаков жизни не подает, о чем и доложили подоспевшему наряду подкрепления во главе с десятником Хасан-заде бен-Ашимом. Больше по существу дела сообщить ничего не можем. С наших слов записано верно, и нами прочитано. Замечаний, дополнений нет. -- даруге вернул свиток адъютанту, оглядел присутствующих, и добавил. -- Показания десятника наряда усиления, равно как и показания караульных смежных постов караула показаниям свидетелей не противоречат. Исследование, проведенное специалистами в апартаментах принца Шуля, следов присутствия посторонних не выявило.

   -- Выходит, несчастный случай, Аламас-хан? -- негромко спросил Рустам тер Сипуш. -- Что ж, и такое бывает... Все под Тарком ходим.

   Даруге профессиональным взглядом отметил, как помрачнел принц Арслан, и как в глазах Гемаля блеснули искорки... нет, не торжества, скорее удовлетворения выводами следствия. Аламас тай Калим протянул руку и адъютант вложил в нее очередной свиток.