Читаем Игра Богов полностью

– Нет! Я в игре, – услышал я свой тихий хриплый голос, словно со стороны.

Я взял клинок в правую руку, последний раз облизал свои пересохшие губы, взглянул на зелено-синюю гладь моря, набрал в легкие побольше воздуха, и… в кривом лезвии быстро мелькнула надпись «Never give up!», но я все-таки успел ее прочитать и перевести. «Никогда не сдавайся!» было нацарапано на белой краске борта, совсем, как в моем сне.

«О, мой Витанис может даже убить эрга, уничтожить раз и навсегда!» – раздался в моей памяти звонкий голос Селесты.

Я соединил нацарапанную фразу с той, что вертелась в моей голове, и занес руку с клинком. За Лиану, за мою младшую сестру, за всех смертных! Я бросился на Селесту острым лезвием вперед, целясь ей прямо в сердце, если таковое, конечно, еще было в ее груди.

Смеясь, блондинка резко отошла в сторону, на лету выбив Витанис из моей руки. Он со звоном покатился по палубе, а я по инерции перелетел через борт, схватившись за него обеими руками и повиснув над морем. Но тут случилось нечто совершенно невероятное.

– Судьбу не изменишь, – произнесла девушка с грустной улыбкой, наклонилась и быстро чмокнула меня в щеку, ее губы были нежные и горячие, как огонь, – до встречи, Дани!

Удивленный и ошарашенный, я резко разжал свои пальцы, в последний раз взглянув в черные, как ночь, глаза Селесты, и полетел вниз. Тут же все мои проблемы стали решаемы, кроме той, что я уже летел в море. Одновременно у меня появилась дюжина идей, как можно было договориться или обмануть смерть, чтобы спасти жизнь и моей младшей сестре, и себе. Но было уже слишком поздно: игра сыграна, все свечи сгорели. А я ведь даже не проследил, вычеркнула ли Селеста имя Анастасии Хомкиной из своего черного списка. Просто взял и поверил слову эрга, слепо надеясь, что оно гораздо крепче слова студента.

С громким плеском я плюхнулся в воду (брызги, должно быть, долетели до самого борта), и морская соль тут же полезла в глаза и нос. Я не сопротивлялся, видя, как огромный белоснежный лайнер быстро проходит мимо. Хоть вода и была насквозь просоленная, я быстро пошел ко дну, словно что-то большое и тяжелое тянуло меня вниз за ноги.

Зеленые волны сомкнулись над моей головой, солнечный свет становился все тише и тусклее, под ногами была темнота, бездна, полная неизвестности и страха, в которую сантиметр за сантиметром, опускался я, Леонид Хомкин вместо своей младшей сестры. И, возможно, поэтому мое тело и душа совершенно не сопротивлялись. Я закрыл глаза, чтобы их не щипала морская соль, а когда открыл снова, то не мог вспомнить, сколько именно времени прошло и что со мной случилось.

Сквозь мутную толщу зеленой воды еле-еле пробивались тусклые солнечные лучи, растворявшиеся в морской пучине. В неясных бликах зеленоватого света мелькала распростёртая фигурка худощавого парнишки лет семнадцати. Широко распахнутые темные глаза на бледном, как снег, лице были неподвижны. Из полураскрытого, словно в агонии, рта тянулась вверх тоненькая дорожка пузырьков воздуха, казавшихся красными от молодой крови. Темные густые волосы, в нормальном состоянии доходившие до плеч, теперь развевались во все стороны пушистой копной. Пестрая футболка и темные потрепанные бриджи парнишки надулись, став на три размера больше. Неподвижное, словно фарфоровое, тело опускалось все ниже и ниже в черную бездонную впадину. Стайки маленьких блестящих рыбок брезгливо проносились мимо.

И тут я узнал парнишку. Это был Леонид Хомкин. То есть я.

Ошибки быть не могло: себя сложно не узнать. Но почему я так безропотно иду ко дну? Почему не кричу и не спасаюсь? Как я вообще здесь оказался? И, самое главное, почему я вдруг вижу себя со стороны?

Я дернулся, пытаясь нырнуть за самим собой вглубь, но напрасно. И, что самое ужасное, у меня теперь совсем не было тела. Я не чувствовал своих рук и ног, сердце остановилось. Казалось, все кончено. Теперь я не больше, чем 21 грамм юной человеческой души, незримой и неосязаемой, раз и навсегда жестоко оторванной от своего тела. Медленно, но верно я поднимался на поверхность, тогда как мое земное туловище опускалось все глубже и глубже в темную впадину на радость рыбам и морским крабам.

– Un ancla en la boca! Arriba! – заорал в моей голове голос, слишком громкий и грубый для моего внутреннего.

– Что? – я быстро обернулся вокруг, но не нашел никого, даже самого себя.

Внезапно меня ослепил яркий свет, и я уже почти приготовился встретиться с Всевышним, но вместо этого очутился лежащим ничком, мокрым и побитым, на твердой палубе корабля. Щурясь и откашливаясь, я все же смог приоткрыть глаза, и передо мной предстала роскошная, необъятная, белоснежная палуба огромного круизного лайнера «Игра Богов». Помнится, именно отсюда я и свалился.

– Мистер Хомкин? – надо мной склонился высокий светловолосый капитан полиции. – Вы меня слышите?

Он повторил эту фразу несколько раз на разных языках, включая английский. И вдруг словно молния сверкнула в моей голове, осветив все недавние печальные события. Я закашлялся и приподнялся на локтях, изо рта полилась река солено-горькой морской воды.