Читаем Иерихон полностью

— И обе проходят через Центр. Привет, Дик! — крикнул Кампари, вылетая на четырнадцатый уровень.

Фестус метнулся к ближайшему пункту связи и завопил:

— Они уже на станции!

— В вагоне?

— Да! Барьер сожрал половину дома!

— Веди их к пересечению со 2-й, — шепнул Кампари.

Дик вытаращилась, но, не теряя времени, вернулась к пульту управления, представлявшему собой огромную карту Линий и ряды бесчисленных рычагов.

— Вы поняли? — тараторил Фестус. — Граница теперь пересекает дом! Со станции кажется, что там две башни и два моста, только отражение колеблется за плёнкой, половина дома и пруда — тоже. Жилая площадь сократилась, но Пау в восторге: утверждает, что мечтать не смел о таком последнем штрихе. Цитирую: «Голова кружится, будто долго пялишься на командора. Улёт». Вам это что-нибудь говорит?

— Главное, чтоб ему нравилось. Дик, где они?

— Через минуту пересадка.

— Не переусердствуй.

— Смеёшься? Я всё рассчитываю. Зачем им на 2-ю? Ею же лет тридцать не пользовались.

— Потому и не пользовались, что построили давно и криво — ещё до возведения башни Отдела, к которой 2-я подходит вплотную, не имея платформы. Опорный столб виден из кабинета господина Мариуса.

— Бывшего кабинета господина Мариуса, — вставил Фестус.

— Сами смотрите: Линия идёт прямо к контролёрам, на уровне крыши и, что немаловажно, не со стороны Центра, а потом меняет курс почти под прямым углом. Этот поворот — и есть ближайшая точка к Отделу. Поезда нового поколения развивают слишком большую скорость для таких пируэтов.

— Они на пересечении! — гаркнул Фестус.

— Дик, ты подогнала вагон?

— Да! — отозвалась девушка не своим голосом. — Кампари, какое там расстояние между рельсами и крышей?

— Метра два, — он прикрыл глаза.

— Командор, — Фестус перебегал от одного экрана к другому. — Я открыл пункт связи с вашего кода.

— Что там?

— Госпожа Валентина пишет, что, если вы в Центре, у вас десять минут. Ругательства цитировать не буду.

— Когда пришло?

— Две минуты назад.

— Хоть бы она блефовала! Оба вниз! — Кампари встал к пульту, подвинув Дик. — Куда я успею дотащить их минут за пять? Избежать резкого торможения, избежать движения по инерции… Вы ещё здесь?!

Фестус и Дик не шелохнулись. Кампари счёл за благо не отвлекаться на уговоры.

— Тогда печатай инструкцию, связной! Я остановлю вагон на 246-ой станции, в двух километрах от Отдела. Пятёрка старших придёт к нам по Линии. Пау останется на платформе ждать новостей.

«Так лучше, так лучше», — шептала Дик, пока Кампари отслеживал движение поезда, сцепив зубы, не разрешая себе спешить. «Так лучше», — повторяла она, когда Фестус заорал: «Приехали!» и ринулся к лифту. «Так лучше», — произносила одними губами, пока Фестус молился, а Кампари смотрел на сменяющиеся цифры этажей, будто мог заставить лифт двигаться быстрей.

К наземному выходу бежали, перепрыгивая и снося стулья, тумбы, столы… За лязгнувшими дверьми Фестус наклонился, задыхаясь, но тут же взял себя в руки.

Они петляли между домами, не думая о направлении, а потом упали, подкошенные, оглушённые грохотом, звоном выбитых стёкол, протяжным железным гулом, в котором Кампари послышался стон. Он задрал голову, чтобы увидеть, как деформируется, гнётся металлическая паутина, лишённая срединного клубка и опоры, и испытал иррациональную жалость к неодушевлённой конструкции.

— Я не верил! — закричал Фестус. — До последнего не верил! Думал, мы бежим, потому что лучше быть живым параноиком…

Троица вздрогнула от рокота и нового вопля стальных переплетений — отдалённого, но очень похожего на первый.

— Не поняла.

Дик встала на ноги, осмотрелась и тут же рухнула, зажмурившись и закашлявшись, — третий взрыв сотряс землю, пыль накрыла их густым серо-коричневым туманом.

— Два жилых дома вслед за Центром, — прохрипел Фестус, закрывая рот рукавом. — Логика подсказывает, что, в свете последних событий, этот ужас повесят на нас.

— Уже не два, — Кампари поднялся под аккомпанемент дальнего грохота. — Надо пробираться к Отделу.

— Как же так, командор? — в голосе Фестуса слышалась детская обида. — Ведь мы обыскали Центр. Но не разобрали на составные части! Не вскрыли стены, не разрыли фундамент! Думаете, функцию самоуничтожения заложили ещё при постройке? А пульт, запускающий операцию «карточный домик»…

— У контролёров? — предположила Дик со слабой надеждой.

— Фестус, последнее сообщение Валентины походило на ультиматум? — прокашлял Кампари.

— Скорей на мольбу! Мне давно кажется, что госпожа Валентина не хочет чучело из командорской шкуры. То есть уничтожение Центра зависело не от контролёра номер один.

— В игру вступило тайное правительство, — оскалилась Дик. — А кто у нас тайное правительство…

— Боюсь, мы все догадываемся, — закончил Фестус.

Больше они не разговаривали — бежали без передышек, заслонив рты и носы воротниками, щурясь, блуждая в облаках пыли, потеряв счёт времени, не обращая внимания на дрожь земли, взрывы, гул и нарастающий, плывущий над городом вопль — нестройный хор человеческих голосов.