Читаем Ярослав Мудрый полностью

⁵ Ктиторская фреска Софийского собора с изображением семьи князя Ярослава сохранилась лишь частично. На южной стене центрального нефа собора находится знаменитая ныне часть фрески, которая в 1935 г., при реставрации собора, была определена как изображение женской половины семьи Ярослава — его дочерей (этот вывод был подтвержден специальной реставрационной комиссией в 1957 г.). На противоположной северной стене центрального нефа в том же 1935 г. были обнаружены еще две фигуры, входящие в состав той же ктиторской композиции, — предположительно, изображающие сыновей князя Ярослава. Центральная же часть композиции, как выяснилось, располагалась на стенном проеме хоров, который был разобран при перестройке собора (от этой части фрески сохранились лишь два небольших фрагмента с изображением краев одежды). О содержании всей (или почти всей) фрески мы можем судить по сохранившейся в библиотеке Академии художеств в Петербурге копии конца XVIII в. с рисунка голландского художника Абрагама ван Вестерфельда, который побывал в Киеве в 1651 г. На рисунке изображены сам князь Ярослав и его супруга Ирина, а также некая фигура мужчины в царственном одеянии с нимбом над головой, предположительно изображающая отца Ярослава князя Владимира Святославича, которому Ярослав подносит модель выстроенного им храма. Как полагают, фигура Владимира появилась на фреске в XVII в., во время реставрации Софийского собора киевским митрополитом Петром Могилой: горячо почитавший святого Владимира и открывший его мощи в киевской Десятинной церкви, Петр Могила поместил Владимира в центр все композиции, на то место, где, судя по всему, должны были находиться либо Христос, либо Богородица, которым Ярославу и подобало подносить храм. (См.: Каргер М. К. Портреты Ярослава Мудрого и его семьи в Киевской Софии // Ученые записки ЛГУ. № 160. Серия исторических наук. Вып. 20. Л., 1954. С. 142–180; Лазарев В. Н. Групповой портрет семейства Ярослава // Лазарев В. Н. Русская средневековая живопись. М., 1970 [впервые в: Византийский временник. Т. 15. М., 1959]. С. 27–54.) Впрочем, это не единственное прочтение рисунка Вестерфельда. По-другому полагают, что святой Владимир и святая Ольга могли располагаться по обе стороны от Христа и выполнять роль своего рода небесных посредников между Ярославом и его супругой Ириной и Христом. (См.: Висоцький С. О. Про портрет родини Ярослава Мудрого у Софiйському соборi у Киевi // Вiсник Киiвського унiверситету. Серiя iсторii та права. 1967. № 8; Он же. Светские фрески Софийского собора в Киеве.) При этом, однако, нужно учитывать, что ни Владимир, ни Ольга к середине XI в. еще не были канонизированы, а потому их появление в такой роли на фреске вызывает определенные сомнения.