Читаем Ярослав Мудрый полностью

⁷⁹Поппэ А. В. Русские митрополии Константинопольской патриархии… С. 94–96; Он же. Русско-византийские церковно-политические отношения… С. 121–124 (правда, с оговорками относительно шаткости аргументов). А. В. Поппэ проводит аналогию с киевскими событиями 1156/57 г., когда после отстранения с митрополичьего престола Климента Смолятича новоприбывший из Константинополя митрополит Константин «испровергъши Климову службу и ставления и створивше божественую службу» (ПСРЛ. Т. 2. Стб. 485). Однако следует учесть, что имя Илариона, в отличие от имени Климента Смолятича, присутствует в официальном списке русских митрополитов (см.: НПЛ. С. 163, 473), а это может свидетельствовать в пользу признания Илариона со стороны константинопольского патриарха.

⁸⁰Розов Н. Н. К вопросу об участии Илариона в начальном летописании // Летописи и хроники. 1973. М., 1974. С. 31–36.

⁸¹ Успенский сборник. С. 100; ср.: БЛДР. Т. 1. С. 394–395 (перевод О. В. Творогова). В Патериковой редакции Жития Феодосия (по Кассиановской 2-й редакции Патерика) рассказ об Иларионе имеет особый подзаголовок и номер («О Ларионе. 27») (Патерик. С. 48–50).

⁸² В свое время М. Д. Приселков высказал чрезвычайно смелую гипотезу, согласно которой после своего отстранения от митрополии Иларион принял схиму в Печерском монастыре с именем Никон и именно он имеется в виду в рассказах летописи, жития Феодосия и Печерского патерика о печерском игумене Никоне (Никоне Великом) (см.: Приселков М. Д. Митрополит Иларион — в схиме Никон — как борец за независимую русскую церковь // Сборник статей, посвященных С. Ф. Платонову. СПб., 1911; Он же. Очерки по церковно-политической истории Руси… С. 181–184). Это предположение получило распространение в исторической литературе, однако оно совершенно невероятно: как показал еще А. В. Королев в своей рецензии на книгу М. Д. Приселкова (Журнал Министерства народного просвещения. Ч. 53. 1914. Октябрь. С. 397–398), канонически невозможно превращение архиерея в схимника со сменой имени и сохранением священнического сана; а между тем Никон был иеромонахом.

К числу распространенных в литературе относится также гипотеза об участии Илариона в составлении русской летописи (см.: Лихачев Д. С. Русские летописи и их культурно-историческое значение. С. 51–62; Розов Н. Н. К вопросу об участии Илариона в начальном летописании. С. 31–36). Однако и это предположение остается спорным (ср.: Мюллер Л. Иларион и «Повесть временных лет» // Мюллер Л. Понять Россию… С. 141–164).

⁸³ См. прим. 81 к гл. 9.

Глава двенадцатая. Круг земной. Завещание

¹Высоцкий С. А. Древнерусские надписи Софии Киевской. С. 16–18; Он же. Средневековые надписи Софии Киевской. С. 210, 215–217. Надпись сделана в центральном нефе собора, ниже фрески с изображением святого Пантелеимона, на высоте 1,15 м от уровня пола XI в., т. е., очевидно, коленопреклоненным человеком достаточно высокого роста. Чтение «розгремелось» (предложенное В. Нимчуком и принятое С. А. Высоцким) предпочтительнее других, предлагавшихся в литературе: «розгромле» или «розградиша».

² Жития святых на русском языке, изложенные по руководству Четьих Миней св. Димитрия Ростовского. М., 1902–1911. Кн. 7. Март. С. 74; ср.: Высоцкий С. А. Средневековые надписи Софии Киевской. С. 216.

³ Точную дату кончины «княгини Ярославлей», т. е. Ирины-Ингигерд, называет Ипатьевский список «Повести временных лет»: 10 февраля 6558 г. (ПСРЛ. Т. 2. Стб. 143). Скорее всего, здесь, как и в случае с записью о смерти самого Ярослава (см. ниже), использован сентябрьский стиль; следовательно, дата соответствует 10 февраля 1051 г. Софийская Первая летопись называет иную дату — 14 февраля (ПСРЛ. Т. 6. Вып. 1. Стб. 181). Наверное, можно предположить, что дата «14» («iд») образовалась в результате неверного прочтения буквы «д» (в слове «день» под титлом) как цифры 4.

⁴ В конце XVI в. в Киеве показывали иностранцам гробницу супруги Ярослава в Софийском соборе (см. прим. 28 к гл. 3). О том, что «княгиня Ярославля» Ирина (в тексте ошибочно: Елена) «положена бысть в церкви Святыя Софии вкупе со своим мужем» сообщал и Иосиф Тризна (XVII в.) (Кучкин В. А. Княжеский помянник… С. 222). Однако относительно подлинности приписываемых Ирине-Ингигерд останков из гробницы Ярослава в Софийском соборе возникают серьезные сомнения: см. прим. 29 к гл. 3. Там же и о «княгине Анне», похороненной в новгородском Софийском соборе и причтенной в XV в. к лику святых. Память ее совершается 4 октября, вместе с памятью князя Владимира Ярославича, а также 10 февраля, в известный из летописи день кончины княгини Ирины-Ингигерд. (Получившее широкое распространение в литературе мнение Н. М. Карамзина о пострижении княгини Ирины в инокини с именем Анна в настоящее время отвергнуто.)