Читаем Я убийца полностью

– Стоимость проекта, – спокойно сказал режиссер, – определяется не затратами на его производство. А его коммерческой перспективой. Так наш проект, который у вас перед глазами, мы планируем реализовать в Европе и в Канаде. Оба договора о прокате уже подписаны, все решено, спланировано. Общая сумма – пятнадцать миллионов. Остальное – проценты от прибыли. Но это мы опускаем…

На экране события развиваются самым неожиданным образом: Дездемона всевозможными ухищрениями пытается склонить Кассио к близости. Но тот все время ловко увертывается, оставляя в руках распалившейся Дездемоны лишь части своей одежды.

И вот они, оставшись совершенно голыми, борются на траве. И кажется, что Дездемона вот-вот достигнет желаемого. Это так близко!.. Она берет руками и…

– Это я понимаю, – судорожно вздохнул Гордеев, – но неужели наши богачи дают деньги на это рискованное предприятие? Ведь может и не получиться? Канадцы и англичане, наверное, подписывают контракт только после просмотра хотя бы материала? А его не так дешево снимать? Это тоже павильон?

– Нет. Это натура. Ботанический сад в Неаполе. Трава, листья, солнце, состояние воздуха, – объяснил Вадим Викторович. – Без вот этого, что вы видите, было бы уже не искусство, а простая подзаборная порнуха.

На экране Дездемона изящной ручкой схватила изгибающийся от напряжения фаллос Кассио и прижалась к нему нежными розовыми губами…

– А с так называемыми спонсорами или инвесторами дело обстоит крайне просто и примитивно, – продолжал невозмутимо комментировать Вадим Викторович. – Для них все это – чисто коммерческое предприятие. Вложили. Прокрутили. Вытащили. Им безразлично, какого качества изображение, о чем повествует наша картина, что она несет человечеству? Их интересуют лишь банковские гарантии возврата вложений. И прибыль. Когда, сколько, кто гарантирует, чем?

Лицо Кассио между изящными коленями женщины, он блаженно улыбается – утопает в наслаждении.

Дездемона губами и пальцами ласкает его…

Перед глазами Кассио две нежные выпуклости ее ягодиц, изгиб их соприкосновения и ниже… Как половинки абрикоса.

Кассио жмурится в сладком страдании.

– И чем же вы гарантируете возврат таких денег? – спросил Гордеев, стараясь скрыть волнение.

– Каких это «таких» денег? – презрительно переспросил Вадим Викторович. – Они дают сущие гроши. Механика простая – по договору проходят громадные деньжищи. И они действительно получены. Но тут же большая их часть возвращается владельцу. Слыхали про отмазку? Вот куда идут деньги. А кино снимаем на сдачу – на сущие копейки.

– Банальная отмывка.

– Конечно. Если бы простые работяги знали, какие бешеные суммы списываются в качестве их зарплаты! По акту проведения работ. Или эта поездка в Италию. Пять человек ездили на три дня. А официально, как я подозреваю, бумаг на всю группу – человек на тридцать. На две недели. Как положено по производственным нормативам.

– Да… Нормативы-то советские еще никто не отменял, – согласился Юрий.

– И не отменят. По крайней мере, пока это экономически выгодно. Для всех участников. Но вы не отвлекайтесь. Сейчас вот начнется самая решительная схватка в борьбе любовей. Минет – это только нечто мимолетное, что едва объединило их противоречивые стремления. Лишь на мгновение. А вот и…

Дездемона откидывается на траву, увлекая на себя Кассио. И тот, дрожащий от возбуждения, оказывается сверху.

Его эрегированный фаллос вот-вот войдет во влажную и трепещущую Дездемону…

Но тут – с невероятным изгибом – Кассио выворачивается из объятий Дездемоны, хватает ее за руки, прижимает к себе, разворачивает, стараясь повернуть Дездемону спиной и поставить ее на колени.

Но она всячески исхитряется остаться снизу. Сначала это кажется забавной любовной игрой.

Наконец-то Дездемона поддается неистовым усилиям Кассио!

Он торжествует, держа перед собой в крепких ладонях ее нежную розовую попочку. Идеальную двойную выпуклость на тонком стебельке талии.

Руки Кассио раздвигают нежные сферы Дездемоны…

И фаллос, чуть прогибаясь от усилия, преодолевая сопротивление, медленно входит в анус!

– А какова ваша личная позиция в сложившейся производственной ситуации? – перевел дыхание Гордеев.

В зале вспыхнул свет.

Вадим Викторович с явным интересом и наслаждением разглядывал раскрасневшееся лицо адвоката:

– Моя позиция до крайности примитивна. Я хочу участвовать в эксплуатации результатов своего творческого труда. И в получении прибыли. Я не хочу, чтобы меня, как теперь модно выражаются, кинули. Это моя идея – ремейк «Отелло» в таком аспекте. Очень перспективно! Моя работа, за которую я не получил пока еще практически ничего.

– У Татьяны Федоровны, безусловно, есть ведомости на выдачу денег с вашей подписью?

– Должны быть. Она как-то выдавала зарплату.

– Вы точно видели, что в заголовке ведомости было написано, что это именно на выдачу зарплаты?

– Не помню. Она так много бумаг приносит на подпись. Потом, ей же надо списывать деньги. Все мы регулярно расписываемся в пустых ведомостях. На всякий пожарный случай. Вдруг нагрянут из прокуратуры или из Комитета с финансовой проверкой?