Читаем Гроздья Граната полностью

Умерла моя бабушка Гюльшан. Не дождалась освобождения Турала. А ведь она его любила и всегда молилась за нас и за наше счастье. Я надеюсь, что никто ей не успел сказать, что Туралу дали срок. Она бы сильно переживала за меня, за нас. Я не говорила, что он сидит, и запретила всем родственникам говорить ей об этом.

Перед смертью она подарила мне свое кольцо, которое очень любила и всегда носила. Я очень любила ее и почитала.

Бабушка Гюльшан была правоверная мусульманка, совершающая намаз. Именно бабушка прививала мне мусульманскую веру, объясняла значение Сур и Аят из Корана – священной книги мусульман.

– Внученька, Гюнель, ты покинула свой родительский дом. Ты живешь в другой семье, теперь – это твоя семья. Ты должна быть опорой и поддержкой своего супруга. Ты должна быть заботливой и ласковой женой. Ты должна уважать родителей Турала, они теперь и твои родители, почитай их и заботься о них, как о своих родных родителях. Дай Аллах вам большого счастья, чтобы вы состарились вместе и видели свадьбу своих внуков и правнуков!

Мне показалось, она догадывается, что у меня проблемы. Бабушка сказала, чтобы я была сильной и боролась за свое счастье. Но никто не ожидал столь скорого ее ухода, и я не верила в его возможность – ведь бабушка Гюльшан всегда была жизнерадостной и веселой, хоть и долго болела. Только ведь ничто не вечно. Как поздно иногда мы это понимаем!..

С момента ареста Турала я не проронила ни единой слезинки. Я, для которой разреветься от просмотра мелодрамы или при виде нищего и немощного на улице – пара пустяков, сдерживала себя. Когда же мне сообщили о смерти бабушки, у меня защемило сердце, и я не могла больше бороться со своей болью. Я знала, что если дам себе слабинку сейчас, то сразу же впаду в депрессию, а этого я не могу себе позволить.

Увидеть бабушку мне не пришлось – когда я приехала, она была закрыта. Бабушка лежала в деревянном открытом ящике табут, куда кладут умершего. И была накрыта материями. При этом, согласно давним обычаям, табут должен лежать по направлению к Кибле (Мекке). Тёти тогда сказали, что мне и не надо было ее видеть, они сами взяли ее для обмывания в мечеть.

С наступлением бабушкиной смерти мулла читал над ней молитву «кялма-йи-шящадят» (исповедание веры). Следующий этап похоронного ритуала – облачение в саван. Саван привезли из Мекки, где такие готовили из белой материи – обычно полотна, ситца или бязи. Состоял он главным образом из трех частей: куска ткани для окутывания нижней части тела, рубахи и ткани, покрывающей умершего с головы до ног. При этом рубаха для женщин шилась несколько длиннее, чем мужская.

Сразу после смерти в доме собрались люди – родственники, знакомые, соседи, односельчане. Приходили все, кто узнавал о ее смерти. Женщины окружили бабушку и долго оплакивали. После чего носилки подняли сыновья и ближайшие родственники умершей. Их приподнимали три раза, затем опускали на землю, стараясь при этом держать носилки высоко.

А потом тронулись в последний путь. Похоронная процессия двигалась медленно, впереди шел мулла, читающий молитвы – «Эзан», «Ар-рахман», за ним несли носилки.

Женщины в похоронной процессии не участвовали, оставались дома.

Поминание покойника – один из древнейших ритуалов, в котором выражается память об умершем, внимание и уважение к нему родственников и односельчан. Сразу же после погребения участники похоронной процессии возвращаются в дом, где справляются поминки.

В Азербайджане поминальные обряды совершаются в третий, седьмой и сороковой (иногда пятьдесят второй) дни после смерти и в день годовщины. На поминки в день похорон гостей не приглашают, люди приходят сами. Поэтому этот вечер называется «хатир геджаси» – вечер свободных посещений.