– Не слушай никого! – не останавливался Азер.

– Азер, я хочу знать, кто она! Я не буду ничего выяснять и скандалить, просто скажи мне: кто она? – практически потребовала я.

– Я тебе все сказал, выброси дурные мысли из головы! – закончил разговор Азер.

Да, мужская дружба! Он ничего не сказал. Как же мне узнать про нее? И номер не определен. Чувствовала я себя, мягко говоря, отвратительно. И стала просматривать электронную почту, документы и письма – ничего, абсолютно ничего.

На следующий день я собиралась за детьми, спустилась в гараж и решила переставить автомобиль Турала. Заглянув в бардачок машины, чтобы проверить, не осталось ли там никаких важных документов или бумаг, я обнаружила письмо на итальянском языке от какой-то Сабины Финелли. Интуитивно именно это письмо вызвало у меня подозрение. Я знала, что Турал не говорит по-итальянски, и все же я решила перевести письмо.

Я нашла переводчика и отдала ему письмо. Мне сказали, перевод будет готов через два часа. Ожидание убивало, я решила поискать профиль предполагаемой соперницы в Фейсбуке и нашла. Невысокого роста, с короткой стрижкой – внешне ничего особенного. И вроде я уже успокоилась, не увидев для себя угрозы, но на всякий случай решила попробовать еще раз зайти на почту Турала и повторно ввела наугад пароль, которым мог бы пользоваться Турал, – вдруг почта открылась. В графу «поиск» я ввела имя и фамилию Сабины, и открылись все письма. Полная переписка. В одном из писем она отправила ему полуобнаженную фотографию в стрингах – ее запечатлели в момент, когда она выходила из бассейна, это было в Таиланде. И текст письма – всего лишь пара слов: «Только для тебя…»

Он ездил в Европу несколько раз и как-то раз сказал, что на пару дней с ребятами скатался в Милан. А Сабина живет в Милане… Я позвонила подружке и рассказала ей всю историю. Подружка пообещала, что постарается выяснить что-нибудь – у нее есть связи в Италии, и она поспрашивает про эту особу.

Через час подружка мне перезвонила:

– Значит так, вот что я успела разузнать: Сабина эта работала танцовщицей в ночном клубе, танцевала ориентальные танцы. Ну и со всеми вытекающими последствиями. Потом удачно выскочила замуж за итальянца и переехала в Милан. У них растет дочка. Послушай, у нее семья – ребенок и муж. Муж обеспеченный. Так что даже если что-то и было, то ничего серьезного. Успокойся!

Я поехала забрать перевод письма – это оказался факс от итальянской фирмы, в которой работала Сабина. Адрес и телефон фирмы. Одна моя половина говорила, что надо про все забыть и оставить как есть, а другая половина хотела докопаться до истины.

Знать бы только – где она, эта истина?!

Глава 50

А приезжая на свидания к Туралу, я забывала обо всех своих подозрениях. Мы разговаривали совсем немного, чаще просто смотрели друг другу в глаза, которые рассказывали больше любых слов. Не зря ведь кто-то назвал глаза «зеркалом души» – в них действительно можно было разглядеть очень многое. А видя в глазах своего мужа не только боль, но и надежду, я понимала – как бы тяжело ему ни было, он не сдаётся. И не хочет свою боль перекладывать на мои плечи.

Когда я пыталась его разговорить, он отвечал односложно: «Да, нет, всё в порядке». Я понимала, конечно, что вопросы типа «Как твои дела?» в данном случае неуместны, только мне хотелось хоть немного отвлечь его, растормошить. Но по-настоящему его интересовало только происходящее с детьми.

– Как там себя чувствуют Мурад и Лейла? – спрашивал он.

– Ничего, всё нормально. Только о тебе часто спрашивают, – отвечала я.

– И что ты им говоришь? – голос Турала вздрагивал.

– А что я им могу сказать? Говорю, что ты уехал в командировку. – Слёзы наворачивались на глаза от таких разговоров, но я понимала, что надо хотя бы ненадолго оторвать мужа от этой серой зарешёченной действительности. Ведь одному Аллаху было известно – сколько ещё ему предстоит в этих холодных стенах.

Потом, уже вернувшись домой, он рассказывал, что даже в самые жаркие дни, когда и дышать-то было нечем, от этих стен веяло каким-то могильным холодом…

Ни для кого не секрет, что тюремные учреждения в той или иной форме, так или иначе, существовали еще с древнейших времен. Но содержание их было крайне дорого, поэтому преступники там находились в основном до исполнения приговора – казни, отправки на строительство дорог, на рудники, на галеры и т. п.