Читаем Гостомысл полностью

Словен в пять раз меньше, и из них только десяток профессиональных воинов.

Медвежья лапа не боялся превосходящих сил врага — побеждают не числом, а умением. Без умения, если ввязаться в простую драку, численно превосходящий враг неминуемо возьмет верх.

Медвежья лапа взглянул на корабли разбойников — они быстро догоняли.

«Надо найти у разбойников слабое место и все свои силы сосредоточить на нем», — подумал Медвежья лапа.

Он снова прикинул соотношение сил — разбойников в пять раз больше, и они догоняют, в азарте все разбойники сели за весла.

«Так вот же оно — решение»! — озарило Медвежью лапу.

Стараясь быстрее догнать ладьи, разбойники гребут изо всех сил, и потому к моменту столкновения сил у них почти не останется. Сражаться они будут в лучшем случае вполсилы. А словенские воины останутся свежие, полные сил, и потому каждый словенский воин будет стоить пятерых.

План созрел — надо свести две ладьи бортами, чтобы между ними не мог протиснуться вражеский корабль, и тогда на каждом корабле придется защищать только один борт. При таком построении также разбойники не смогут напасть на словен всеми силами, и бить их можно будет по частям.

Медвежья лапа повеселел.

— Дай сигнал Разумнику, чтобы догонял нас и занимал место рядом, — сказал Медвежья лапа Ратише.

Ратиша подал трубой сигнал и занялся сигнальными флагами.

Медвежья лапа отдал очередную команду:

— Убавить ход! Гребцам отдыхать! Луки готовить к стрельбе! Огонь разжечь!

Защелкали кресала, и из глиняных горшков, прикрепленных к бортам, потянулся робкий сизый дым, быстро сменившийся радостно заплясавшим огнем.

Ладья сильно сбавила ход, и второй корабль, которым командовал боярин Разумник, стал приближаться.

Медвежья лапа отметил, что еще быстрее приближались корабли разбойников, и забеспокоился — похоже, корабль Разумника не успевал занять назначенное ему место.

Так оно и вышло — корабли разбойников нагнали корабль Разумника раньше, чем он смог подойти к кораблю Медвежьей лапы.

Медвежья лапа с горечью наблюдал, как разбойники начали засыпать стрелами корабль Разумника.

Медвежья лапа подумал, что теперь им придется в одиночку отбиваться от разбойников.

Но вот подошло время позаботиться и о себе — корабли разбойников были уже близко.

Медвежья лапа отдал новую команду.

— Убирай весла! Всем взять луки!

Гребцы убрали весла и выбежали на верхнюю палубу с оружием и луками.

Ратиша подал боевой сигнал в рог.

Мечники и освободившиеся гребцы опустили обернутые просмоленной паклей стрелу в огонь, затем положили стрелы на луки и натянули тетиву.

Разбойники заметили огонь на стрелах, и из-за бортов их стругов потянулся тревожный низкий сигнал горна.

На носу кто-то огромный, грозя словенам и разжигая себя яростью, размахивал топором.

Корабль словен под одними парусами медленно двигался вперед. С корабля уже было видно, как разбойники яростно орудовали веслами.

«Это хорошо»! — подумал Медвежья лапа.

Как только корабли разбойников приблизились на расстояние полета стрелы, Медвежья лапа махнул рукой:

— Пускай стрелы!

Лучники выпустили стрелы огненной струей, но и над вражескими ладьями взметнулось темное облачко стрел.

Словенам незачем было беречь вражеские корабли, а разбойники ответили незажженными стрелами, так как им был нужен груз тяжело осевших кораблей. Они были уверены, что охрана двух грузовых кораблей немногочисленна, и суда легко удастся захватить, а раз так, то зачем портить добычу, поджигая ее?

Медвежья лапа хлопнул тяжелой рукой по плечу Ратиши, — а ну-ка, отрок, спрячься за щит! — а сам стал наблюдать за приближающейся смертельной стаей.

Еще не пролетели стрелы и половины пути, как с обеих сторон взметнулись новые смертоносные стаи.

Воины с обеих сторон были умелы, и пока первая стрела летела до противника, они успели выпустить еще несколько стрел. И за мгновение до того, как первые стрелы вонзились в них, они подняли щиты.

Стрелы с глухим стуком ударились о щиты и борта, превратив их во взъерошенных ежей.

Пара разбойничьих стругов вспыхнула словно лучина, и над словенскими ладьями пронесся торжествующий рев.

Но, пометавшись, разбойники быстро затушили огонь на пострадавших судах. Два корабля разбойников стремительно охватывали словенскую ладью. Лучники били стрелами в упор.

Еще через секунду корабли сшиблись бортами. Послышался ужасный треск ломающихся весел: разбойники не успели спрятать весла.

Медвежья лапа успел предупредить, — смотри с борта! — и на словенские ладьи полезли разбойники в шлемах с рогами и оскаленными мордами.

— Руби их! — взревел Медвежья лапа, и словене начали тыкать копьями в разбойников, а тех, которые забрались на борт, рубить топорами и мечами. Однако словенам пришлось тяжко — морские разбойники, пользуясь численным превосходством, нападали с двух бортов одновременно.

Ратиша хватался за боевой топорик, но Медвежья лапа отгородил молодого отрока от схватки широкой, на пол-ладьи спиной, и тяжело ухая, наносил в стороны мощные удары топором. Меч он пока оставил в покое.