Читаем Город за рекой полностью

Они стояли кучками и, живо жестикулируя, что-то горячо обсуждали, даже как будто спорили, причем некоторые внезапно покидали свою кучку и переходили к другой и там завязывали знакомство и затевали новый спор. Заинтересовавшись этим, Роберт медленно спустился вниз, к самой площади, и краем стал обходить ее. Перед фасадами магазинов, оборудованных в нижних этажах строений без крыш, проходила каменная галерея, в многочисленных стрельчатых арках которой торговали с лотков разным товаром. В основном это были предметы повседневной необходимости, часто подержанные, старомодные вещи, здесь две-три пары брюк и пиджаков, ремни с серебряными пряжками, галстуки и пестрые платки, там башмаки и сапоги всяких фасонов, в большинстве своем изрядно поношенные. В другом месте болтались на плечиках помятые костюмы разных размеров, национальные куртки и крестьянские фуфайки устаревшего покроя. Вперемешку лежали там и тут штопаные чулки, носки, рубашки, шляпы — преимущественно, товары для мужчин, среди которых попадались также трости и суковатые палки, но кое-где мелькали и предметы женского туалета, впрочем, все безделицы, какие-нибудь дешевые украшения. Торговцы сидели позади своих прилавков на бочонках, поджав под себя ноги (что отчасти выглядело странным), и оттуда настороженно следили из-под полуприкрытых век каждый за своим участком. Никто, однако, не рвался к их прилавкам, изредка кто-нибудь приостанавливался на минуту, быстро оглядывал товар и шел дальше. И кажется, ни один еще не изъявил желания что-нибудь приобрести.

Чтобы убедиться в том, что вещи — продаются, а не выставлены только так, для видимости, Роберт подошел одному лотку и показал пальцем на старую кружевную шаль, решив сделать подарок Анне. Старьевщик с кирпичного цвета лицом лишь слегка наклонился вперед со своей бочки, схватил длинный изогнутый шест, похожий на пастуший, и, быстрым взглядом окинув фигуру Роберта, ткнул им в авторучку, кончик которой высовывался из верхнего кармана его пиджака. Этот жест, несомненно, означал, что кружевную шаль торговец хотел обменять на авторучку. Когда Роберт отрицательно покачал головой и понять, что желает купить эту шаль, старьевщик пожал плечами и застыл в прежней неподвижной позе. Роберт между тем достал товарную карточку, выданную ему в Префектуре секретарем, и протянул ее через прилавок. Старьевщик скосил было равнодушно глаза на бумагу с печатью, но затем, как будто сообразив, что это такое, проворно спрыгнул со своего высокого сиденья-бочки и что-то быстро забормотал, показывая при этом жестами, что господин может приобрести не только кружевную шаль, но и другие вещи, чем больше, тем лучше. Пока Роберт оглядывал прилавок, не находя, впрочем, ничего подходящего, уже и другие старьевщики обратили на него внимание. Они повскакали со своих бочек и махали Роберту, подзывая подойти и посмотреть их товар, а трое или четверо даже подбежали и, лопоча на непонятном наречии, совали ему наперебой кто разноцветные стеклянные или коралловые бусы, кто дешевые украшения и приносящие счастье амулеты, которые они извлекали из карманов и еще откуда-то из потайных мест у себя под одеждой.

"Карточка Префектуры — это хорошо" — так, кажется, оценивали они ее, толкуя между собой. Роберт с трудом отбивался от них, как от назойливых мух. Насилу ему удалось-таки приобрести кружевную шаль, взамен которой старьевщик оторвал от его карточки один купон и тотчас припрятал его куда-то в надежное место как какую-нибудь богатую добычу. После этого Роберт обошел, подталкиваемый торговцами, еще несколько прилавков и в конце концов приобрел за очередной купон своей карточки крепкую трость для себя. С нею он стал протискиваться сквозь толпу торговцев, которые липли к нему как репейники, навязываясь со своим товаром. Только когда он удалился от торговых лавок на изрядное расстояние, старьевщики отстали, не решаясь, как видно, слишком далеко отходить от кромки площади, точно они закреплены были за ней. Сколько-то времени они еще стояли, простирая руки к нему и зазывая, затем возвратились к своим лоткам. Скоро все уже снова сидели, поджав ноги, на бочонках и стерегли свой товар, который издали походил на нарисованные картинки. Роберт отвел взгляд от лавочек и продолжал свой путь через площадь.