В половине пятого Никки вывела щенка на прогулку и увидела, что на улице много людей. Все куда–то торопливо шли, будто опаздывали на важную встречу.

Никки отвела Отиса в дом и вышла на улицу. На тротуаре она встретила Мартина.

— Что случилось?

— Ты не слышала? — Мартин пренебрежительно посмотрел на девочку. — Миссис Бисон созывает горожан на собрание. Дело срочное. Тебе следует пойти. Собрание состоится у церкви.

— Ты знаешь, о чем пойдет речь? — спросила Никки.

— Нет, — ответил Мартин. — Но, наверное, о чем–то важном. Тебе бы лучше прийти, — уходя, проговорил он, а потом добавил: — И твоей тете тоже.

Никки не сомневалась, что Кристал не пошла бы на собрание, но сама решила пойти. Ей не терпелось узнать, по какому поводу собрание. Она надела куртку — солнце уже садилось, и становилось холодно — и присоединилась к людскому потоку, устремившемуся к церкви.

ГЛАВА 23

Экстренное собрание

Со всех сторон люди стекались на Главную улицу. Хмурые, с озабоченными лицами шли мужчины, женщины с маленькими детьми на руках, родители с детьми постарше. Все шли молча, лишь изредка кое–кто шепотом задавал вопросы, на которые отвечали тоже тихо: «В чем дело, вы не знаете?» — «Понятия не имею» — «Должно быть, что–то серьезное?» — «Возможно, связано с пророчицей». Людской поток двигался мимо темных витрин магазинов, которые в этот день закрылись раньше, мимо пустынного парка… На собрание спешили чуть ли не все жители Йонвуда. Никки точно знала, что не все: не придет Хойт Маккой, Гровер, потому что он убежал в лес, и еще несколько горожан, которые не жаловали Бренду Бисон.

Миновав давку в дверях, Никки очутилась в длинном зале, заставленном деревянными скамьями. Окна из цветного стекла не пропускали много света — уже наступили сумерки, — и в зале горели свечи, освещавшие проходы, скамьи, но верхняя часть зала и потолок растворялись в темноте.

Люди расходились по церкви, усаживаясь на скамьи. Никки села на самой дальней. Горожане тихо шептались в тревожном ожидании.

Наконец дверь за кафедрой открылась, и в церковь вошла миссис Бисон. Она поднялась на кафедру, оглядела собравшихся, и шепот тут же стих.

На этот раз миссис Бисон была без шляпки, в красном платье, к которому был приколот значок–пуговица с изображением башни. Миссис Бисон выдержала долгую паузу, глядя на лица собравшихся, а потом заговорила:

— Друзья, мы живем в трудное время.

Гул согласия прошелестел над скамьями.

— Наша пророчица увидела ужасную беду для мира, возможно, грядущую войну. Вероятно, это связано с террористом, который прячется в нашем лесу.

Толпа вновь загудела.

— Но пророчица пытается сказать нам, как спастись от этой беды. Я называю это чудом. Нас с вами словно взяли под крыло Бога.

Миссис Бисон улыбнулась, и Никки показалось, что все ощутили тепло ее улыбки.

— Мы стремимся выполнять указания нашей пророчицы, но не всегда можно понять, о чем она говорит. Иногда она произносит то, что даже я не могу истолковать. Например, она говорит: «Никаких слов». Если она имеет в виду не ругательства, без которых мы и так обходимся, то я в полном замешательстве. Она часто произносит еще одну фразу, которую я не могла правильно понять. Но теперь, когда нависшая над нами опасность становится реальной, я думаю, у этой фразы есть только одно толкование.

Миссис Бисон замолчала и посмотрела на сидящих перед ней людей. «Она выглядит как королева, — подумала Никки, — синеглазая, в рубиново–красном платье, с подсвеченными пламенем свечей волосами». Люди в церкви затаили дыхание.

Наконец миссис Бисон расправила плечи и заговорила вновь:

— Все, что я сейчас скажу, принесет нам всем пользу. Мы должны повиноваться, понимаем мы, почему это нужно сделать, или нет. Пути Господни для нас непостижимы.

В церкви повисла мертвая тишина. От напряжения Никки стало не по себе.

Миссис Бисон заговорила почти шепотом, но голос ее наполняла такая сила, что все слышали каждое ее слово:

— Алтия повторяла эту фразу снова и снова, но я не хотела ее слышать. «Никаких собак, — говорит она. — Никаких собак». Совершенно ясно, собаки каким–то образом стоят у нас на пути.

— Что?! — вдруг воскликнула женщина, сидевшая около кафедры.

Миссис Бисон повысила голос:

— Да, я все понимаю и испытываю те же чувства к моей маленькой Сосиске. Но почему мы должны отдавать животному любовь, которая могла быть отдана нашим семьям? Почему мы должны отдавать животному любовь, которую могли бы подарить Богу? Я знаю, друзья, это трудно, но собаки, все до единой, должны нас покинуть.

Сердце Никки учащенно забилось. Что она такое говорит?

В церкви поднялся шум.

Миссис Бисон вскинула руки, напоминая ангела, готового взмыть к небесам.

— Послушайте! Все замолчали.

— Это больно, я знаю. Но ужасные времена требуют огромных жертв. Мне представляется, пророчица пытается донести до нас простую истину: чем чаще мы говорим «нет» всему мирскому, к чему мы так привязаны, тем больше у нас возможностей сказать «да» Богу. Когда веришь, что ты прав, тогда ради этого ты можешь сделать все что угодно. Все что угодно!