Читаем Глобальные трансформации современности полностью

Определение интеграции как цели лучше объяснить в рамках системной концепции при понимании мировой системы как системы взаимодействия отдельных актеров — т. е. на примере «актерской» интеграции. Непосредственной целью интеграции всегда является повышение дееспособности интегрирующихся частей — актеров. Она проявляется через власть (в смысле способности к действию) или владение «инструментальными факторами». Речь идет о появлении «новой», возросшей возможности действий нового актера вследствие объединения потенциалов отдельных актеров, способности достигать цели и выполнять решения, не подпадая под давление актеров, внешних для интеграционной системы.

Понимание интеграции как самоцели проявляется в ее направленности исключительно на создание институционализированного пространства, или нового актера. Как самоцель интеграция рассматривается, главным образом, на этапе планирования и создания интеграционных объединений, но потом ее значение существенно расширяется. Если, к примеру, обратиться к латиноамериканским реалиям, то следует отметить, что специалисты указывают на реализацию интеграции как самоцели в тех случаях, когда имеет место ее сведение к простой коммерциализации, без учета и воплощения прочих аспектов данного явления. С другой стороны, региональная интеграция никогда (за исключением идеологических концепций периода войны за независимость) не рассматривалась как самоцель — перед нею всегда ставились конкретные политические и социально–экономические задачи.

Широчайший спектр значений интеграции раскрывается через аспект «интеграция–инструмент». Имеется в виду использование интеграции для достижения целей больших, чем непосредственно включенные в контекст создания институционализированных пространств, недостижимых или почти недостижимых для любого из интегрированных компонентов в отдельности. В данном случае набор этих «значений» отличается для стран с различными уровнями экономического, политического, технологического развития и, соответственно, влиянием и местом в системе международных отношений. То есть более «многозначной» будет интеграция с точки зрения развивающихся и наименее развитых стран, поскольку она будет определяться большим количеством и более глубоким содержанием их проблем, которые могут быть решены благодаря интеграции.

Определим группы целей, которые содержит «инструментальный аспект» интеграции для определенного региона:

1) общеэкономические:

• повышение уровня развития стран региона — экономического, социально–культурного, научно–технологического, достижение более высокого уровня жизни населения (в перспективе — среднемирового); преодоление периферийности; преодоление внешней задолженности; получение возможности самостоятельно пользоваться, распоряжаться собственными ресурсами;

2) политические, геополитические/геостратегические:

• усиление политико–экономических позиций региона; повышение его статуса и веса на мировом уровне; его непосредственное включение в систему международных отношений; преодоление внешней «уязвимости»; увеличение переговорной способности и получение возможности влиять на принятие решений, установление «правил игры» и соответствующего мирового порядка; обретение возможности осуществлять внешнюю политику как внешнеполитическую деятельность, а не как политику решения проблем, т. е. исключительного реагирования на внешние вызовы;

• «автономизация», т. е. преодоление зависимости, обретение возможности оказывать сопротивление давлению со стороны доминирующих государств и организаций и способности осуществлять автономную внешнеполитическую деятельность;

• поддержание и сохранение суверенитета и собственной идентичности в условиях глобализации и угрозы установления гегемонии США;

• конечная цель: формирование нового отдельного регионального «полюса» в новой, более сбалансированной мультиполярной мировой системе.

В соответствии с классификацией, предложенной Дж. Галтунг в 1969 г., интеграция как сложносоставной процесс (в рамках интеграции как самоцели) по своим аспектам может быть разделена на три типа, каждый из которых связан с двумя другими и имеет подклассы494.

А. Ценностная интеграция:

I. Модель равенства: актеры имеют сходные интересы. Нет существенного различия между ними, нет доминирования одного актера над другими. Наибольшие ценности — развитие, достижение независимости и т. д.;

II. Модель иерархичности: актеры стратифицированы, организованы, актер высшего ранга доминирует над актерами низшего ранга. Ценности актеров высшего ранга становятся наивысшими и должны приниматься всеми (пример идеологии государств–лидеров блоков времен биполярности, современная Североамериканская Зона Свободной Торговли (НАФТА), проект Американской ЗСТ, в которых актером высшего ранга являются США);

Б. Интеграция как актерская интеграция:

Перейти на страницу:

Все книги серии Цивилизационная структура современного мира

Глобальные трансформации современности
Глобальные трансформации современности

Издание представляет собой результат комплексного осмысления цивилизационной структуры мира в плоскостях мир–системного и регионально–цивилизационного анализа. В книге публикуются материалы исследований: формирования и основных направлений трансформации современной цивилизационной структуры в ее вариативности и региональности; актуальных проблем и противоречий развития человечества. Первый том посвящен вопросам глобальныThх трансформаций современности.Издание рассчитано на научных работников, преподавателей и студентов гуманитарных факультетов, всех, кто интересуется перспективами развития человечества.

Николай Васильевич Фесенко , Павел Владимирович Кутуев , Олег Борисович Шевчук , Максимилиан Альбертович Шепелев , Игорь Николаевич Рассоха

Обществознание, социология
Макрохристианский мир в эпоху глобализации
Макрохристианский мир в эпоху глобализации

Книга представляет собой осмысление генезиса, характерных черт и современных трансформаций Западной, Восточнославянско–Православной и Латиноамериканской цивилизаций, объединяемых под общим понятием «Макрохристианский мир», а также нынешнего состояния зон его стыков с Мусульманско–Афразийской цивилизацией (Балканы, Кавказ, Центральная Азия). Структуры современного мира рассматриваются в динамике переходного периода, переживаемого сегодня человечеством, на пересечении плоскостей мир–системного анализа и регионально–цивилизационного структурирования. На широком экономическом, политологическом, социологическом, историческом материале анализируется формирование и основные направления трансформации современной цивилизации в их вариативности и региональном своеобразии; выделяются основные проблемы и противоречия цивилизационного развития Макрохристианского мира. Особое внимание уделено соотношению взаимосвязанных и взаимообусловленных тенденций глобализации и регионализации, осуществляющемуся преимущественно на цивилизационных основаниях.Рассчитана на научных работников, преподавателей и студентов общественных и гуманитарных факультетов высших учебных заведений, всех, кто интересуется судьбами и перспективами современного человечества.

Василий Прохорович Кириченко , Рустем Наильевич Джангужин , Сергей Леонидович Удовик , В. О. Маляров , Александр Яковлевич Маначинский

Обществознание, социология

Похожие книги

Политическая история русской революции: нормы, институты, формы социальной мобилизации в ХХ веке
Политическая история русской революции: нормы, институты, формы социальной мобилизации в ХХ веке

Книга А. Н. Медушевского – первое системное осмысление коммунистического эксперимента в России с позиций его конституционно-правовых оснований – их возникновения в ходе революции 1917 г. и роспуска Учредительного собрания, стадий развития и упадка с крушением СССР. В центре внимания – логика советской политической системы – взаимосвязь ее правовых оснований, политических институтов, террора, форм массовой мобилизации. Опираясь на архивы всех советских конституционных комиссий, программные документы и анализ идеологических дискуссий, автор раскрывает природу номинального конституционализма, институциональные основы однопартийного режима, механизмы господства и принятия решений советской элитой. Автору удается радикально переосмыслить образ революции к ее столетнему юбилею, раскрыть преемственность российской политической системы дореволюционного, советского и постсоветского периодов и реконструировать эволюцию легитимирующей формулы власти.

Андрей Николаевич Медушевский

Обществознание, социология
Русофобия
Русофобия

Имя выдающегося мыслителя, математика, общественного деятеля Игоря Ростиславовича Шафаревича не нуждается в особом представлении. Его знаменитая «Русофобия», вышедшая в конце 70-х годов XX века и переведенная на многие языки, стала вехой в развитии русского общественного сознания, вызвала широкий резонанс как у нас в стране, так и за рубежом. Тогда же от него отвернулась диссидентствующая интеллигенция, боровшаяся в конечном итоге не с советским режимом, но с исторической Россией. А приобрел он подлинное признание среди национально мыслящих людей.На новом переломном витке истории «Русофобия» стала книгой пророческой. Прежние предположения автора давно стали действительностью.В настоящее издание включены наиболее значительные работы И. Шафаревича советского периода.

Игорь Ростиславович Шафаревич

Обществознание, социология
Возвратный тоталитаризм. Том 2
Возвратный тоталитаризм. Том 2

Почему в России не получилась демократия и обществу не удалось установить контроль над властными элитами? Статьи Л. Гудкова, вошедшие в книгу «Возвратный тоталитаризм», объединены поисками ответа на этот фундаментальный вопрос. Для того, чтобы выявить причины, которые не дают стране освободиться от тоталитарного прошлого, автор рассматривает множество факторов, формирующих массовое сознание. Традиции государственного насилия, массовый аморализм (или – мораль приспособленчества), воспроизводство имперского и милитаристского «исторического сознания», импульсы контрмодернизации – вот неполный список проблем, попадающих в поле зрения Л. Гудкова. Опираясь на многочисленные материалы исследований, которые ведет Левада-Центр с конца 1980-х годов, автор предлагает теоретические схемы и аналитические конструкции, которые отвечают реальной общественно-политической ситуации. Статьи, из которых составлена книга, написаны в период с 2009 по 2019 год и отражают динамику изменений в российском массовом сознании за последнее десятилетие. «Возвратный тоталитаризм» – это естественное продолжение работы, начатой автором в книгах «Негативная идентичность» (2004) и «Абортивная модернизация» (2011). Лев Гудков – социолог, доктор философских наук, научный руководитель Левада-Центра, главный редактор журнала «Вестник общественного мнения».

Лев Дмитриевич Гудков

Обществознание, социология / Учебная и научная литература / Образование и наука