Читаем Глобальные трансформации современности полностью

3. Ассоциационный тип (А) характеризуется направленностью не на производство продукции, а на разработку стратегий преодоления отрицательных эффектов неоднородности глобальных процессов и усиление позиций по отношению к странам, устанавливающим правила игры в международных отношениях. Это является результатом реализации модели подобия при сходстве проблем, ожиданий, интересов, целей и пр. В некоторых случаях ассоциационный тип превращается в «максимизирующий альянс» (по определению Г. Моргентау), который позволяет умножить усилия задействованных актеров и выполнить конкретные задачи, поставленные перед проектом интеграции. Особенностями данного типа являются: гомогенность актерского состава — сходство проблем и целей, которые ставят отдельные актеры перед интеграцией, благодаря чему взаимодействия между актерами происходят на горизонтальном уровне, т. е. не возникает иерархии отношений; равномерное распределение преимуществ и выгод от участия в интеграции и т. д.497. Примерами интеграционных организаций ассоциационного типа могут служить: Организации стран экспортеров нефти, Группа семидесяти семи, Движение неприсоединения, Трехсторонняя комиссия, Парижский клуб и пр. Что касается латиноамериканской интеграции, то для решения всех поставленных задач она в идеале должна соответствовать именно ассоциационному типу.

Ассоциационная интеграция, которая реализуется в рамках стратегии автономизации, всегда встречает противодействие со стороны третьих стран, особенно государств Севера, приобретающее вид «контрстратегий». Проблема заключается в том, что в основном «контрстратегии» оказываются более эффективными, чем стратегии автономизации (например, План Бейкер–Брейди по отношению к Картахенскому соглашению 1985 г. в сфере решения проблемы латиноамериканской задолженности или «Инициатива для Америк» в противоположность интеграционным процессам в Латинской Америке).

Б) Типы интеграции в соответствии с кризисами, возникающими в сферах интеграции498:

1. Первый тип — территориальная интеграция (Т) не производит продукции, предлагает только территорию, но не располагает сырьем, — это не предусматривается для данного типа. Также не продуцирует модели равенства, поскольку ее территории разнообразны и неоднородны — в отношении и размеров, и ресурсов. Что касается безопасности, независимо от различия ролей членов нового актера и их неоднородности, актер защищает их всех.

Соответственно, кризис данного первого уровня интеграции (Т) проявляется в динамике технического прогресса в сферах коммуникаций и транспорта. Подобный кризис не является поводом для отказа от интеграции. Для его преодоления и сохранения объединения актеры, уже взаимодействующие между собою, должны перейти к организационному типу интеграции.

Организационная интеграция (О), базируясь на разделении труда, вырабатывает продукцию, но является неоднородной и разнообразной, так как вырабатывает разные продукты или ресурсы, поэтому само по себе разделение труда приводит к иерархичности. В соответствии с этим кризис второго уровня (О) провоцируется дифференциацией в системе разделения труда, когда выдвижение требований слабыми актерами генерирует напряженность, трудно контролируемую в условиях объединения.

Ассоциационная интеграция (А) не производит продукции, но объединяет актеров–производителей важных и сходных типов ресурсов, используемых для собственной защиты, предлагая, таким образом, своим членам большую безопасность.

Кризис третьего уровня (А) может быть вызван недостаточной мощностью ассоциации, поляризацией сил в ее рамках; возникновением контрассоциаций, стратегической слабостью.

Организационный и ассоциационный уровни находятся в замкнутом цикле обратной связи между кризисами и контролем над ними.

Формы возможных типов ассоциаций могут быть разделены на шесть категорий.

К первой относится группа актеров низшего уровня (НУ‑1, НУ‑2), которые зависят от актера–гегемона и объединяются между собой, чтобы усилить способность реализации стратегии автономизации.

Ко второй категории относится альянс, сформированный актерами высшего уровня (ВУ‑1, ВУ‑2) — большими странами с высоким потенциалом — с целью управления на глобальном или региональном уровне (например, Трехсторонняя комиссия).

Третья категория представлена группами средних и малых актеров, которые объединяются, формируя новую группу, что приводит к образованию ассоциационного (А) и организационного (О) уровней (ВУ‑1 — НУ‑1 и ВУ‑2 — НУ‑2).

Четвертая категория содержит объединения стран–производителей в ассоциационной форме (НУ‑1 — НУ‑2, которые создают новое объединение).

К пятой категории относится объединение больших стран, образующих новую группу глобального или регионального уровня (ВУ‑1 — ВУ‑2).

Последняя — шестая — категория представляет собой международное объединение стран наподобие Организации Объединенных Наций (0–1–0–2).

Перейти на страницу:

Все книги серии Цивилизационная структура современного мира

Глобальные трансформации современности
Глобальные трансформации современности

Издание представляет собой результат комплексного осмысления цивилизационной структуры мира в плоскостях мир–системного и регионально–цивилизационного анализа. В книге публикуются материалы исследований: формирования и основных направлений трансформации современной цивилизационной структуры в ее вариативности и региональности; актуальных проблем и противоречий развития человечества. Первый том посвящен вопросам глобальныThх трансформаций современности.Издание рассчитано на научных работников, преподавателей и студентов гуманитарных факультетов, всех, кто интересуется перспективами развития человечества.

Николай Васильевич Фесенко , Павел Владимирович Кутуев , Олег Борисович Шевчук , Максимилиан Альбертович Шепелев , Игорь Николаевич Рассоха

Обществознание, социология
Макрохристианский мир в эпоху глобализации
Макрохристианский мир в эпоху глобализации

Книга представляет собой осмысление генезиса, характерных черт и современных трансформаций Западной, Восточнославянско–Православной и Латиноамериканской цивилизаций, объединяемых под общим понятием «Макрохристианский мир», а также нынешнего состояния зон его стыков с Мусульманско–Афразийской цивилизацией (Балканы, Кавказ, Центральная Азия). Структуры современного мира рассматриваются в динамике переходного периода, переживаемого сегодня человечеством, на пересечении плоскостей мир–системного анализа и регионально–цивилизационного структурирования. На широком экономическом, политологическом, социологическом, историческом материале анализируется формирование и основные направления трансформации современной цивилизации в их вариативности и региональном своеобразии; выделяются основные проблемы и противоречия цивилизационного развития Макрохристианского мира. Особое внимание уделено соотношению взаимосвязанных и взаимообусловленных тенденций глобализации и регионализации, осуществляющемуся преимущественно на цивилизационных основаниях.Рассчитана на научных работников, преподавателей и студентов общественных и гуманитарных факультетов высших учебных заведений, всех, кто интересуется судьбами и перспективами современного человечества.

Василий Прохорович Кириченко , Рустем Наильевич Джангужин , Сергей Леонидович Удовик , В. О. Маляров , Александр Яковлевич Маначинский

Обществознание, социология

Похожие книги

Политическая история русской революции: нормы, институты, формы социальной мобилизации в ХХ веке
Политическая история русской революции: нормы, институты, формы социальной мобилизации в ХХ веке

Книга А. Н. Медушевского – первое системное осмысление коммунистического эксперимента в России с позиций его конституционно-правовых оснований – их возникновения в ходе революции 1917 г. и роспуска Учредительного собрания, стадий развития и упадка с крушением СССР. В центре внимания – логика советской политической системы – взаимосвязь ее правовых оснований, политических институтов, террора, форм массовой мобилизации. Опираясь на архивы всех советских конституционных комиссий, программные документы и анализ идеологических дискуссий, автор раскрывает природу номинального конституционализма, институциональные основы однопартийного режима, механизмы господства и принятия решений советской элитой. Автору удается радикально переосмыслить образ революции к ее столетнему юбилею, раскрыть преемственность российской политической системы дореволюционного, советского и постсоветского периодов и реконструировать эволюцию легитимирующей формулы власти.

Андрей Николаевич Медушевский

Обществознание, социология
Русофобия
Русофобия

Имя выдающегося мыслителя, математика, общественного деятеля Игоря Ростиславовича Шафаревича не нуждается в особом представлении. Его знаменитая «Русофобия», вышедшая в конце 70-х годов XX века и переведенная на многие языки, стала вехой в развитии русского общественного сознания, вызвала широкий резонанс как у нас в стране, так и за рубежом. Тогда же от него отвернулась диссидентствующая интеллигенция, боровшаяся в конечном итоге не с советским режимом, но с исторической Россией. А приобрел он подлинное признание среди национально мыслящих людей.На новом переломном витке истории «Русофобия» стала книгой пророческой. Прежние предположения автора давно стали действительностью.В настоящее издание включены наиболее значительные работы И. Шафаревича советского периода.

Игорь Ростиславович Шафаревич

Обществознание, социология
Возвратный тоталитаризм. Том 2
Возвратный тоталитаризм. Том 2

Почему в России не получилась демократия и обществу не удалось установить контроль над властными элитами? Статьи Л. Гудкова, вошедшие в книгу «Возвратный тоталитаризм», объединены поисками ответа на этот фундаментальный вопрос. Для того, чтобы выявить причины, которые не дают стране освободиться от тоталитарного прошлого, автор рассматривает множество факторов, формирующих массовое сознание. Традиции государственного насилия, массовый аморализм (или – мораль приспособленчества), воспроизводство имперского и милитаристского «исторического сознания», импульсы контрмодернизации – вот неполный список проблем, попадающих в поле зрения Л. Гудкова. Опираясь на многочисленные материалы исследований, которые ведет Левада-Центр с конца 1980-х годов, автор предлагает теоретические схемы и аналитические конструкции, которые отвечают реальной общественно-политической ситуации. Статьи, из которых составлена книга, написаны в период с 2009 по 2019 год и отражают динамику изменений в российском массовом сознании за последнее десятилетие. «Возвратный тоталитаризм» – это естественное продолжение работы, начатой автором в книгах «Негативная идентичность» (2004) и «Абортивная модернизация» (2011). Лев Гудков – социолог, доктор философских наук, научный руководитель Левада-Центра, главный редактор журнала «Вестник общественного мнения».

Лев Дмитриевич Гудков

Обществознание, социология / Учебная и научная литература / Образование и наука