Читаем Глобальные трансформации современности полностью

I. Модель подобия: интеграция как процесс между актерами, подобными по влиянию, демографическому составу, структуре экономики и ее проблемам, политической структуре и т. д. (например, Организация стран экспортеров нефти). Присущая им когерентность в целях, приводящая к когерентности в принципах, облегчает координацию принятия решений.

II. Модель взаимозависимости: актеры объединяются на уровне интересов, устанавливая культурную, экономическую, политическую и другие типы взаимозависимости (например, западный блок времен биполярности). Это не обязательно предполагает совпадение интересов. Модель взаимозависимости родственна с иерархической моделью.

В. Интеграция как взаимный обмен между частями и целым:

I. Модель лояльности: интеграционная система поддерживается частями, которые ее составляют (например, международные организации).

II. Модель ассигнования: целое существует и функционирует, если способно что–нибудь предложить частям: защиту, товары, услуги, информацию и пр. Таким образом, новый интегрированный актер должен содействовать решению проблем или достижению целей его составных частей.

Ни одна из описанных моделей не существует в чистом виде. Все они взаимосвязаны по принципу обратной связи — положительной или отрицательной. Случаю взаимозависимости в целом свойствен элемент стратификации и иерархичности; в случае подобия в отношениях между актерами преобладает идея лояльности на базе идеологии, способствующей достижению дипломатических компромиссов; и т. д.

Компоненты нового актера взаимодействуют между собою и вместе с внешними актерами определяют и создают для себя новую ситуацию как в рамках нового актера, так и в международной системе.

Этот новый интегрированный актер всегда имеет в качестве противоположности «анти–актера», представленного во внутренней среде или группами националистов, которые считают, что интеграционный процесс вредит суверенности, или лидерами с недостатком настойчивости и понимания ситуации, усложняющими интеграцию; тогда как во внешней среде — другими актерами, которые препятствуют интеграции, содействуя разделению или международной глобализации, в которую включен новый актер.

Таким образом, при анализе нового актера необходимо учитывать такие внешние параметры актерской интеграции, как способность актеров его создавать, а также его способность получать признание со стороны других членов мировой системы495:

1. Новый дееспособный актер, признанный международным сообществом: это пример завершенного процесса интеграции. Признание нового актера является не дипломатическим признанием, а функцией его потенциала и эффективного участия в международных отношениях. В мировой истории интеграции за последние 50 лет только Европейский Союз может быть отнесен к данной категории, поскольку за это время он сумел трансформироваться в «мировую силу» с возможностью самообеспечения в аграрном секторе (Зеленая Европа), развития собственных технологий (Проект Еврека), принимать участие в проектах аэронавтики (Конкорд и ЭйрБас) и космической техники (Проект Aruanne).

2. Новый дееспособный актер, не признанный международным сообществом: речь идет об интеграционной системе с определенным уровнем координации; тем не менее государства, которые составляют часть внешнего окружения этого актера, отказываются контактировать с ним как с интегрированной группой, отдавая предпочтение индивидуальным отношениям с его компонентами или частями. Примером может быть непризнание Бразилией Андского пакта как интеграционного целого на первом этапе его существования и взаимодействия с его членами в двухсторонней форме; подобная ситуация сложилась в отношениях между восточными странами, образующими определенные сообщества (например, Лигу арабских государств), и Европейским Союзом, между США и Центральноамериканским общим рынком и пр.

3. Новый недееспособный актер, признанный международным сообществом: это интеграционная система, которая не функционирует, но, тем не менее, пользуется всеобщим признанием в мировом сообществе. В этом случае окружение воспринимает нового актера как обладающего намного большим единством, чем в реальности, и способным достигать определенных целей, что неверно. К этой категории можно отнести большинство интеграционных процессов в Латинской Америке, прежде всего Латиноамериканскую ассоциацию свободной торговли, Латиноамериканскую ассоциацию по интеграции и даже МЕРКОСУР.

4. Новый недееспособный актер, не признанный международным сообществом: претензия на интеграцию при неэффективной деятельности и без необходимого признания международного сообщества. Андский пакт на последних этапах реформирования (бывших больше формальными, чем настоящими) не рассматривается мировым сообществом как реальное объединение.

Так, большинство латиноамериканских интеграционных систем оказались в определенной мере как дееспособными — в расширении межрегиональной торговли, так и недееспособными — в условиях региональных кризисов.

Перейти на страницу:

Все книги серии Цивилизационная структура современного мира

Глобальные трансформации современности
Глобальные трансформации современности

Издание представляет собой результат комплексного осмысления цивилизационной структуры мира в плоскостях мир–системного и регионально–цивилизационного анализа. В книге публикуются материалы исследований: формирования и основных направлений трансформации современной цивилизационной структуры в ее вариативности и региональности; актуальных проблем и противоречий развития человечества. Первый том посвящен вопросам глобальныThх трансформаций современности.Издание рассчитано на научных работников, преподавателей и студентов гуманитарных факультетов, всех, кто интересуется перспективами развития человечества.

Николай Васильевич Фесенко , Павел Владимирович Кутуев , Олег Борисович Шевчук , Максимилиан Альбертович Шепелев , Игорь Николаевич Рассоха

Обществознание, социология
Макрохристианский мир в эпоху глобализации
Макрохристианский мир в эпоху глобализации

Книга представляет собой осмысление генезиса, характерных черт и современных трансформаций Западной, Восточнославянско–Православной и Латиноамериканской цивилизаций, объединяемых под общим понятием «Макрохристианский мир», а также нынешнего состояния зон его стыков с Мусульманско–Афразийской цивилизацией (Балканы, Кавказ, Центральная Азия). Структуры современного мира рассматриваются в динамике переходного периода, переживаемого сегодня человечеством, на пересечении плоскостей мир–системного анализа и регионально–цивилизационного структурирования. На широком экономическом, политологическом, социологическом, историческом материале анализируется формирование и основные направления трансформации современной цивилизации в их вариативности и региональном своеобразии; выделяются основные проблемы и противоречия цивилизационного развития Макрохристианского мира. Особое внимание уделено соотношению взаимосвязанных и взаимообусловленных тенденций глобализации и регионализации, осуществляющемуся преимущественно на цивилизационных основаниях.Рассчитана на научных работников, преподавателей и студентов общественных и гуманитарных факультетов высших учебных заведений, всех, кто интересуется судьбами и перспективами современного человечества.

Василий Прохорович Кириченко , Рустем Наильевич Джангужин , Сергей Леонидович Удовик , В. О. Маляров , Александр Яковлевич Маначинский

Обществознание, социология

Похожие книги

Политическая история русской революции: нормы, институты, формы социальной мобилизации в ХХ веке
Политическая история русской революции: нормы, институты, формы социальной мобилизации в ХХ веке

Книга А. Н. Медушевского – первое системное осмысление коммунистического эксперимента в России с позиций его конституционно-правовых оснований – их возникновения в ходе революции 1917 г. и роспуска Учредительного собрания, стадий развития и упадка с крушением СССР. В центре внимания – логика советской политической системы – взаимосвязь ее правовых оснований, политических институтов, террора, форм массовой мобилизации. Опираясь на архивы всех советских конституционных комиссий, программные документы и анализ идеологических дискуссий, автор раскрывает природу номинального конституционализма, институциональные основы однопартийного режима, механизмы господства и принятия решений советской элитой. Автору удается радикально переосмыслить образ революции к ее столетнему юбилею, раскрыть преемственность российской политической системы дореволюционного, советского и постсоветского периодов и реконструировать эволюцию легитимирующей формулы власти.

Андрей Николаевич Медушевский

Обществознание, социология
Русофобия
Русофобия

Имя выдающегося мыслителя, математика, общественного деятеля Игоря Ростиславовича Шафаревича не нуждается в особом представлении. Его знаменитая «Русофобия», вышедшая в конце 70-х годов XX века и переведенная на многие языки, стала вехой в развитии русского общественного сознания, вызвала широкий резонанс как у нас в стране, так и за рубежом. Тогда же от него отвернулась диссидентствующая интеллигенция, боровшаяся в конечном итоге не с советским режимом, но с исторической Россией. А приобрел он подлинное признание среди национально мыслящих людей.На новом переломном витке истории «Русофобия» стала книгой пророческой. Прежние предположения автора давно стали действительностью.В настоящее издание включены наиболее значительные работы И. Шафаревича советского периода.

Игорь Ростиславович Шафаревич

Обществознание, социология
Возвратный тоталитаризм. Том 2
Возвратный тоталитаризм. Том 2

Почему в России не получилась демократия и обществу не удалось установить контроль над властными элитами? Статьи Л. Гудкова, вошедшие в книгу «Возвратный тоталитаризм», объединены поисками ответа на этот фундаментальный вопрос. Для того, чтобы выявить причины, которые не дают стране освободиться от тоталитарного прошлого, автор рассматривает множество факторов, формирующих массовое сознание. Традиции государственного насилия, массовый аморализм (или – мораль приспособленчества), воспроизводство имперского и милитаристского «исторического сознания», импульсы контрмодернизации – вот неполный список проблем, попадающих в поле зрения Л. Гудкова. Опираясь на многочисленные материалы исследований, которые ведет Левада-Центр с конца 1980-х годов, автор предлагает теоретические схемы и аналитические конструкции, которые отвечают реальной общественно-политической ситуации. Статьи, из которых составлена книга, написаны в период с 2009 по 2019 год и отражают динамику изменений в российском массовом сознании за последнее десятилетие. «Возвратный тоталитаризм» – это естественное продолжение работы, начатой автором в книгах «Негативная идентичность» (2004) и «Абортивная модернизация» (2011). Лев Гудков – социолог, доктор философских наук, научный руководитель Левада-Центра, главный редактор журнала «Вестник общественного мнения».

Лев Дмитриевич Гудков

Обществознание, социология / Учебная и научная литература / Образование и наука