Читаем Глюк полностью

Какой славный вечер! Или ночь? Нет, еще вечер, в это время года трудно отличить одно от другого. Который сейчас час? Неважно, на улице много народу, пора уже поесть, нет, лучше попозже, что-то мне не хочется, и будь я проклят, если помню, где побывал, то есть я знаю, где был, но подробностей не помню, хотя помню улицы… значит так: Лоренс, Хоббс, Селби, конечно, но на ней я живу, потому начал не с нее, значит, Селби, Бенкрофт, потом Лоренс, знаю, но еще кусочек улицы — просто «мостик» между Бенкрофт и Лоренс, не цепляйтесь, Соло-Корт, Лоренс, Хоббс, Темпо, Мейн, потом уже Вэлли-Серкл, я обхожу площадь, отлично соображаю, где нахожусь и где побывал, знаю, что вокруг люди, магазины, кафе, бистро, траттории, кафетерии, рестораны, все я знаю, скоро сверну на Гарден, посмотрим, куда я забреду, поесть можно потом, здесь меньше народу, похоже, я давно иду, но не чувствую усталости, здесь потише, меньше машин, суматоха где-то далеко, наверное, деревья поглощают шум, эту часть университетского городка я всегда любил, не скажешь, что крупный университет, больше похоже на пригородную зону, деревья да кустарник, даже тропинки, стоянку не видно, она за холмом, улицу тоже не видно, легкий склон — и уже ничего не видать, кроме деревьев и кустов, ненадолго присяду, вот наслаждение, будь благословен тот, кто решил поставить здесь скамейку, наверное, я быстро шел, похоже на то, и прошел немало, пару миль небось, а то и побольше, сидя чувствуешь усталость в ногах и спине… Дыхание тоже постепенно замедляется, запыхался, наверное… Ничего, немного аэробики полезно для здоровья. Симпатичное местечко. Даже ветерок — легкий, но чувствуется. Особенно на лице, наверное, бросило в пот. Такой упоительный воздух, без аромата цветов, просто чистый, это и называется запахом чистоты и свежести, так освежает, что здесь можно просидеть всю ночь. Кажется, уже поздно, но солнце еще не зашло, я вижу его отблески на верхушках деревьев. Красота! Искры. Нет, блестки. Великолепный закат. Что бы такое съесть? Вдруг засосало под ложечкой. Наверное, нагулял аппетит. Не чувствовал его, пока не присел в этом идиллическом уголке. Здесь можно вообразить, что остального мира не существует. Голод становится все более лютым. Чего мне хочется? Не знаю, все равно чего. Куда выйду, там и поем. Посмотрим. Приятно, прохладно. Бредешь себе и наслаждаешься видами. А Барнарду, наверное, худо. Не может есть. Жена спрашивает, в чем дело, он говорит: желудок, наверное, съел что-то не то. Скорее всего тухлого тунца. Звучит недурно, даже очень. Тухлый Тунец. Класс, повторяем за мной: Тухлый Тунец, Тух-нец. Очень хорошо. Еще раз: Тухлый Тунец. ТУХлый ТУНец. Чем нам грозит Тухлый Тунец? Все вместе: X В О Р Ь Ю. Ему самое место в сборнике невероятных рекордов Рипли: заказал салат и колу, а захворал от Тухлого Тунца…

Он энергично шагает между деревьями, по дорожкам и тропинкам; деревья и кусты, освещаемые вечерний солнцем, отбрасывают длинные тени. Походка его так весела и бодра, он так вдохновенно шествует по густой траве, часто останавливаясь полюбоваться цветами и втянуть чистейший воздух, что не замечает, когда трава сменяется бетоном. Он полностью погружен в свои мысли и в роскошные ощущения, рождаемые ими во всем теле, в легкость шага, в разворот плеч, он скользит сквозь удлиняющиеся тени, чувствует, как они гладят его по щекам, потом вдруг оказывается за столиком посреди тротуара и небрежным жестом заказывает фирменное блюдо, улыбка его широка и добродушна, он откидывается в кресле и потягивает аперитив, и тень его медленно вытягивается на мостовой.