1913) пришел к идее неизбежности «возмездия» (одноименный цикл, 1907–1913, цикл «Ямбы», 1907–1914,

поэма «Возмездие», 1910–1921). Главные темы поэзии нашли разрешение в цикле «Родина» (1907–1916). Октябрьскую революцию пытался осмыслить в поэме «Двенадцать» (1918), публицистике. Переосмысление революционных событий и судьбы России сопровождалось глубоким творческим кризисом и депрессией.

Александр Блок частенько вспоминает гитару в своих стихах, и это строки человека, нежно любящего музыку. «Как прощались, страстно клялись / В верности любви… / Вместе таин приобщались, / Пели соловьи… / Взял гитару на прощанье / И у струн исторг / Все признанья, обещанья, / Всей души восторг…» (Стихотворение «Как прощались, страстно клялись»)

Или такое: «Натянулись гитарные струны, / Сердце ждет. / Только тронь его голосом юным — / Запоет! / Бред безумья и страсти, / Бред любви… / Невозможное счастье! / На! Лови!» (Стихотворение «Натянулись гитарные струны…»)

Вчитаемся в другие, памятные и классически совершенные строки: «Ты — как отзвук забытого гимна / В моей черной и дикой судьбе. / О, Кармен, мне печально и дивно, / Что приснился мне сон о тебе. / Вешний трепет, и лепет, и шелест, / Непробудные, дикие сны, / И твоя одичалая прелесть — / Как гитара, как бубен весны!» (Стихотворение «Ты — как отзвук забытого гимна…»)

В отличие от Сергея Есенина, у которого гитара всегда связана с буйным хмельным весельем, Блок слышит в ее пенье нечто иное — любовь, нежность, красоту, обновление жизни.

Стихотворение «Седое утро» еще раз показывает гитару в поэтическом ракурсе. Герой провожает домой уставшую кафешантанную певицу. «И еле видная за мглой, / За дождевою, за докучной… / И взгляд, как уголь под золой, / И голос утренний и скучный… / Нет, жизнь и счастье до утра / Я находил не в этом взгляде! / Не этот голос пел вчера / С гитарой вместе на эстраде!..»

Гитара для Блока не может быть «докучной», это не ее истинное призвание!

АРКАДИЙ ТИМОФЕЕВИЧ АВЕРЧЕНКО

Аверченко, Аркадий Тимофеевич (1881–1925) — русский писатель. В рассказах, пьесах и фельетонах (сборники «Веселые устрицы», 1910, «О хороших в сущности людях», 1914, повести «Подходцев и двое других», 1917) — карикатурное изображение российского быта и нравов. После 1917 года — в эмиграции. Книга памфлетов «Дюжина ножей в спину революции» (1921) сатирически обличала новый строй в России и ее вождей. Юмористический роман «Шутка мецената» (1925).

Увлекательна «Автобиография» Аверченко, в которой он пишет про себя и соседского мальчика. «Этот Сережа был самым большим кошмаром моей юности. Чистенький, аккуратный немчик, наш сосед по дому, Сережа с самого раннего возраста ставился мне в пример как образец выдержанности, трудолюбия и аккуратности.

–

Посмотри на Сережу, — говорила печально мать. — Мальчик служит, заслуживает любовь начальства, умеет поговорить, в обществе держится свободно, на гитаре играет, поет… А ты?

Обескураженный этими упреками, я немедленно подходил к гитаре, висевшей на стене, дергал струну, начинал визжать пронзительным голосом какую-то неведомую песню, старался «держаться свободнее», шаркая ногами по стенам, но все это было слабо, все было второго сорта. Сережа оставался недосягаем!»

Возможно, чтобы угождать начальству, требуется умение кое-как играть на гитаре, но Аверченко пошел другим путем и прославился на ином поприще. А кем стал аккуратный немчик Сережа? Явно не гитаристом-виртуозом!

В сатирической повести «Подходцев и двое других» читаем: «Все проснулись на своих узких постелях по очереди… Сначала толстый Клинков, на нос которого упал горячий луч солнца, раскрыл рот и чихнул так громко, что гитара на стене загудела в тон и гудела до тех пор, пока спавший под ней Подходцев не раскрыл заспанных глаз.

–

Кой черт играете по утрам на гитаре? — спросил он недовольно».

То обстоятельство, что Клинков чихнул в унисон с басовой струной гитары, придает эпизоду неожиданный комический эффект, и автор тут же усиливает его, заставляя своего героя недовольным тоном задать вопрос. Что ни говори, Аверченко — отменный юморист.

СТЕФАН ЦВЕЙГ