Читаем Герой Эсмерельдена (СИ) полностью

Вода точит камень — это изречение знакомо многим. Здесь же, камень не был первостепенной её целью. И пусть воронка, поднявшаяся до самих облаков, действительно умудрилась зацепить участок стены, вырезав в нём добротный кусок кладки, вся основная её мощь была нацелена на самого рыцаря. Все те мертвецы, что окружали своего командира, тут же превратились в кровавую нарезку, смешавшуюся с торнадо, окрасив его в розовый цвет. Воздух прорезал звук корёжащегося металла. Разогнанная до скорости полёта пули, вода принялась шлифовать, рвать, и резать доспехи огромного воина, с каждым мгновением подбираясь к его «Внутреннему миру».

— Отправляйся туда, откуда пришёл, — с явным отвращением в голосе, прошептала Линн, наблюдая за тем, как водяная воронка становится всё уже и уже, сигнализируя о том, что тоже самое происходит с целью чар.

По крайней мере, так ей казалось. Но только лишь до того момента, как из-за стены воды показались широкие плечи рыцаря, по-прежнему скрытые за сталью доспеха. Вытянув руку вверх, тёмный исполин медленно, но уверенно впитывал магию, собирая её в мерцающий, небольшой шар. Чары инквизиторов не нанесли ему существенного урона, разве что, как следует отполировали проржавевшую броню.

— Невозможно! — прокричал один из тех магов, которые были ещё в силах стоять на ногах, полностью истощённые заклинанием. — Это просто нево… — закончить фразу он уже не успел. Ведь собрав всю мощь чар в пульсирующую, серую сферу, владыка нежити тут же метнул её прямо в центр защитного строя святого воинства.

— Истинный щит! — вскрикнула Линн, всего за мгновение до того, как над головами инквизиторов грянул взрыв, сравнимый с детонацией целого вагона тротила.

Викарий успела создать защиту на высоте, чтобы основной удар не достиг строя, но прочности щита не хватило, чтобы сдержать всю ту мощь, которой напитали атаку рыцаря сами же инквизиторы. О, она могла бы остановить этот разрушительный взрыв. Но не теперь, когда потратила огромный запас маны на то, чтобы защитить Сайбера от смерти. Она попросту выдохлась, в магическом смысле.

И герой это понял. Там, во вспышке взрыва, он отчётливо видел, как распадается на мелкие осколки заклинание, которое чуть ранее пыталось спасти и его самого. Тогда он даже и не заметил этого, ведь уже спустя мгновение отправился в пустоту, в которой продолжал бултыхаться до этих пор. Теперь же, нырнув в бесконечные ряды шкафов с фрагментами собственной памяти, он отчётливо помнил точно такие же осколки, блестящие на поверхности тёмной перчатки, превратившей его в безвольный сгусток плоти, сдобренной обломками костей. Эта девушка защитила его, оставшись без сил, чтобы защищаться самой.

— Ну уж нет, — внезапно произнёс он, наблюдая за волной концентрированной энергии, уже начавшей разбрасывать инквизиторов в стороны, где их уже через секунду должны были изрубить в клочья мычащие мертвецы. Разве может мужчина отправиться на тот свет, оставшись в долгу перед такой миловидной девушкой? — Хрен я вот так сдохну!

Голос Сайбера отразился от высокой стены, пронёсся над всем полем боя и вернулся обратно, ударив его по ушным перепонкам. Его настоящий голос, вырвавшийся из пересохшего горла. Столь сильный, что заставил содрогнуться даже бездушных.

— Регенерация, вашу мать! — на этот раз Сайбер не стал составлять хитросплетение заклинания в глубине собственного сознания. Он просто обратился к воспоминанию о том, как делал это днём ранее. Использовал шпаргалку, отпечатавшуюся на внутренней стенке черепной коробки.

И это сработало. Там, в темноте полного доспеха рыцаря, засияло зеленоватое свечение. Сотни, даже тысячи паучков принялись исполнять своё предназначение, стягивая рваную плоть и раздробленные, спутанные осколки костей. Герой же, внезапно обнаруживший, что его порыв начинает приносить плоды, тут же направил всю свою ману в одну точку, сосредоточенную в правой ладони. Сейчас ему не нужно всё его тело. Ему нужна одна лишь рука, до сих пор сжимающая полуторный меч.

Взрыв продолжал бушевать, разнося строй инквизиторов, подобно волнам на поверхности озера, в которое бросили камень. Вот только если волны не несут в себе особенной разрушительной силы, то сконцентрированная энергия сотни магов — ещё как несла. Плоть волшебников, оказавшихся в эпицентре, слетала с костей при одном только соприкосновении с ударной волной, осыпая тех, кто стоял дальше, кровавым дождём. В мгновение ока больше половины оставшихся инквизиторов превратились в густую жижу, пахнущую металлом и… Смертью.

Больше повезло одной только Линн — её отбросило куда раньше, чем до неё дотянулась волна. Тому посодействовал разбитый, магический щит. Но это не было безоговорочным плюсом, ведь её выбросило из строя прямо к воротам, в плотную, тёмную массу живых мертвецов. И там, находясь в воздухе, прямо над вытянутыми вверх, культями трупов, она по-прежнему смотрела на рыцаря смерти, в глубинах доспеха которого, зародился зелёный свет.

***