Читаем Герой полностью

Поверхность надвинулась неожиданно. По правую руку громоздилась стена каньона, иззубренная, иссеченная многоцветными тенями. Элл до отказа выжал рукоять тяги на реверс, бешеное скольжение начало замедляться, но впереди - впереди полыхал костер; будто великан зажег газовую горелку блистательно голубой огонь преграждал катеру путь. Внезапно решившись, Элл перебросил тягу на нос, катер выворачивало вверх, громко, не сдерживаясь, сквернословил Вайн Гирикин, горизонт закатывался куда-то, на всех экранах небо, Элл дал несколько импульсов ходовыми, и снова тяга на нос, земля наплыла сверху, точно ладонь, готовая прижать, размазать катер по небесной сфере, гироконтроль, тошнотное кружение... и вдруг оказалось, что небо, как ему и положено, сверху, земля - снизу, а катер плавно заходит на посадку. Холодный, липкий пот тек по телу пилота, несмотря на влагопоглотитель. Удар амортизаторов... жуткий скрежет... покой.

- Вы очень хороший пилот, амен Вайрин, - негромко сказал Вайн Гирикин. А, помолчав, добавил: - Иначе давно попали бы под трибунал.

Молча космонавты покинули катер.

Сок приятно холодил небо, покалывал язык мириадами иголочек.

- У тебя глаза, как цветы нъйира, - Элл поглядел на свою собеседницу поверх бокала.

- Вот как? - та подумала немного и улыбнулась. - А с каких это пор мы перешли в обращении с двойственного числа на единственное?

- С тех пор, как я заглянул в глубину ваших глаз, - Элл шутовски поклонился, челюсть его сама собой съехала на сторону в кривой усмешке.

- А почему вы - или ты? - не сравниваете их со звездами? - девушка забавно склонила голову к плечу.

Элл помрачнел.

- Это не лучший комплимент, - бросил он, и отхлебнул сока. Солнечный луч, забредший случайно в кафе, нырнул с разгону в стакан и рассыпался золотыми искрами.

- Я уезжаю, - сказал Элл после некоторой паузы. - Через три месяца полет.

Она не сказала ни слова, только зрачки ее, и без того широкие, стали почти круглыми, оттеснив лиловую радужку.

- Маранна, - пояснил пилот.

- Так значит... - лицо обиженного ребенка, испуганные глаза. Атака на подсознание.

- Разве что ты подождешь, пока я вернусь, - Элл хотел усмехнуться, но почему-то не сумел. Раздосадованный, он резко поднялся из-за стола. - До встречи, амена Эйела.

Клочья перламутровой пены кружили в небесах, исполняя некий загадочный танец.

- Как крылья ангелов, - прошептал зачарованный Элл, забыв, что шлемофон передаст его слова остальным.

- Хорошо сказано, - откликнулся Леки. - Так и назовем это место Долина Ангелов.

- Названия будет давать картографическая комиссия, - резко возразил Вайн Гирикин. - За работу! Следует во что бы то ни стало исследовать этот... это... этот объект!

Элл поглядел на стену прозрачно-синего пламени, перегородившую каньон. "Учитесь мыслить масштабно", саркастически подумал он. В этом весь капитан - оседлать самого большого лиига, и проскакать на нем к победе.

Головокружение накатило неожиданно и резко. Небеса рушились на Элла со всех сторон; пилот споткнулся и замер.

- Да что вы застряли, Вайрин? - в голосе капитана слышалось неприкрытое раздражение.

- Сейчас, - прошептал Элл, пытаясь унять сердцебиение, - сейчас...

Уже не в первый раз на него накатывала космофобия - так было и на Эранне, когда его вдвоем буксировали на "Хинаннэ", чтобы не улетел с крошечной луны в пространство - тяготение-то маленькое, толкнешься чуть сильнее, и паришь среди звезд, пока не направишь непослушную глыбу собственного тела в нужном направлении. Но тогда приступу имелась причина - не всякая психика выдержит, когда звезды оказываются под ногами. А теперь... Или это синее зарево провала напомнило взбесившемуся подсознанию струю газового пистолета, так неудачно развернувшего пилота на Эранне? Элл прекрасно помнил охвативший его тогда ужас - бесконечное падение в алмазную бездну, во фрактальные узоры Млечного Пути, и тишина. Вся экспедиция окликала его в те минуты, но он не слышал голосов.

- Сейчас, - повторил он. Нельзя позволить себе выйти из строя. Иначе Вайн Гирикин оставит его в катере и пойдет с Леки вдвоем. Этот безумец угробит всю экспедицию.

Сердце билось все спокойнее, все ровнее. Отлегло.

Пой, песня, пой. Танцуй, солнце, танцуй. Играй, о могучая Дарн, на сорейке звезд, выводи тоскливую мелодию вращенья. Объятья тяготения твоего стискивают нас, волокут в ледяное твое лоно, порождающее чудовищ нашего рассудка.

Пой, песня, пой. Кричи и плачь по тем, кто не увидит земли. Ангелы ада осенят их крылом своим, говоря: "Ки-летанниэр". Пусть радуются они, что мертвы. Освободительница наша - смерть. Но стоит на страже серая тень, затмевающая звезды.

Пой, песня, пой. Песня не слышна в пустоте. Но - все равно - пой.

- Пока что от космофобии надежного средства нет, - доктор Миарг виновато потер ручки и, словно застеснявшись, спрятал их в карманы.

- Так, значит, мне с этим...

- Нет, что вы! Я сказал "надежного". Но существует множество кустарных методов. В частности, помогает настойка горечавня в больших дозах. По столовой ложке дважды в день.

Элла перекосило.