Читаем Географ В. А. Кондаков полностью

Профессор не считал возможным читать лекции по географии без карты. Карта и изложение дополняют друг друга. Образованный человек, тем более географ, без знания карты немыслим.

На одном зачете учитель-заочник, надев очки, тщетно пытался отыскать крупный город и исток большой реки. Кондаков нервно опросил:

— Что, батюшка, с картой не в ладах?

— Да, — сознался отвечающий, — все не запомнил.

— Так вы же не только студент, но и учитель. Как же могут к карте и к вам относиться ваши ученики? — гневно заключил профессор.

Он был убежден, что культурный человек не позволит себе при чтении газеты не отыскать на карте неизвестные названия.

«Карта стала потребностью широкого круга людей, — говорил Кондаков. — Трудно представить себе область человеческой деятельности, которая так или иначе не была бы связана с картой, — вы должны знать, кто ценою жизни помог создать географическую карту. Каждая из них является сгустком человеческого труда, героизма первооткрывателей. Посмотрите на карту мира, — обращался он к сотрудникам, — вы найдете много русских имен. На Крайнем Севере остров Шпицберген; его бухта и мыс носят имя простого русского крестьянина Старостина, который в XV веке появился у берегов, как отважный мореплаватель. Теперь взгляните на восток. У западного побережья Северной Америки на островах жил каргопольский купец Баранов. Более четверти века отдал он освоению этого дикого и сурового края…»

Знания истории великих открытий совершенно необходимы для воспитания высоких качеств человека, утверждал Вадим Александрович. На одном из экзаменов после ответа студентки Кондаков сказал:

— Учебник вы знаете, карту неплохо рассмотрели, а теперь расскажите, что вам известно о человеке. На могиле его были сказаны такие слова: «В лице Николая Николаевича мы хороним человека, который прославил наше отечество в самых отдаленных уголках мира».

Студентка отрицательно покачала головой.

Желая заставить ее вспомнить о человеке, имя которого для Вадима Александровича было священно и чей портрет висел среди портретов других русских путешественников на стене комнаты, где шел экзамен, он вновь обратился к ней:

— Кто же этот человек? Ему Лев Николаевич Толстой писал: «Вы первый несомненным опытом показали, что человек везде человек. Доказали это подвигом истинного мужества, которое так редко встречается в нашем обществе».

— Может, знала, но забыла, — ответила студентка.

— Вам следует познакомиться с жизнью таких людей, имена которых нам, географам, дороги. Приходите еще раз, — категорически и сухо заключил профессор. И, обратившись к студентам, сказал:

— Николай Николаевич умер, когда ему шел сорок второй год. Но всей своей жизнью и деятельностью он показал пример гуманного, истинно человеческого отношения к остальным народам. Нам, советским людям, он особенно дорог. Еще Чехов писал, что Миклухо-Маклая, как и Пржевальского, знает каждый, а вы, географ, его забыли! Куда это годится?!

После другого ответа Кондаков в прекрасном настроении делился своими впечатлениями с аспирантами:

— Если бы все отвечали, как Ася!

Студентке следовало рассказать о Центральной Азии. Она деловито и образно осветила тему, а затем добавила, что первое место среди исследователей этой территории бесспорно принадлежит русским географам, и назвала П. П. Семенова-Тян-Шанского, Н. М. Пржевальского, Г. Н. Потанина, П. К. Козлова, Г. Е. Грумм-Гржимайло, В. А. Обручева, показала четко их маршруты на карте. Закончила словами почетного академика Ю. М. Шокальского, президента Географического общества Союза ССР: «Окиньте взглядом все сделанное Н. М. Пржевальским, и он встанет перед вами во весь богатырский рост, поразит и увлечет громадной совокупностью своих искренних стремлений открыть науке истинную картину Центральной Азии».

— Вот так, дорогие друзья, и вы должны уважать имена, которые хранит летопись мировой географической науки. Нет такой части света, где бы не ступала нога русского путешественника-исследователя. Нет таких океанских вод, где бы не бывали русские мореплаватели, — закончил Кондаков.

И добавил:

— Предположим, вы знаете об этих людях, но знаете ли вы, что Шокальский по поручению Русского географического общества в 1890 году на лодке с четырьмя рабочими поднялся по Вычегде, прошел за три недели почти 650 километров, при этом производил замеры глубины, измерял скорость течения и производил маршрутную съемку? Затем по Северо-Екатерининскому каналу он проехал с Вычегды на Каму и через девять дней прибыл в Чердынь и оттуда по Каме в Пермь. Целью его экспедиции было изучение возможности создания водного пути из Архангельского порта на Каму.

Говоря это, профессор подошел к доске и быстро набросал схему пути.

Вадим Александрович придавал исключительное значение оборудованию кабинетов геофака, прилагал максимум усилий для приобретения всего необходимого. В те годы это было нелегко. Он умел пробудить инициативу.