Читаем Генерал в Белом доме полностью

Большим событием в культурной и научной жизни двух стран было открытие американской выставки в Москве и советской выставки в Нью-Йорке. Президент написал предисловие к путеводителю по американской выставке в СССР, в котором выражал надежду, что такого рода контакты будут содействовать улучшению международного взаимопонимания и способствовать укреплению мира.

Эйзенхауэр посетил советскую выставку в Нью-Йорке, проявив особый интерес к разделу живописи. Объяснялось это тем, что Дуайт был неплохим художником-любителем. Рисовать он начал уже после войны, специально этому не обучался, но для непрофессионала его работы были выполнены на достаточно высоком уровне. Эйзенхауэр с большим интересом изучал жизнь и деятельность великого президента США Авраама Линкольна, часто цитировал его в своих выступлениях. Автору этой книги пришлось видеть в Библиотеке Эйзенхауэра в Абилине портрет Линкольна, написанный хозяином Белого дома. Он сумел уловить и передать на холсте главное в облике этого выдающегося человека – простоту и высокие душевные качества великого гражданина Америки.

Когда Эйзенхауэр стал президентом, он не оставил своего увлечения живописью. В Белом доме была оборудована небольшая студия, где президент любил в свободную минуту поработать за мольбертом. Нередко он писал по фотографиям портреты сотрудников своего аппарата и дарил им в качестве поощрения за хорошую работу.

Руководитель советской делегации на открытии выставки в Нью-Йорке первый заместитель Председателя Совета Министров СССР Ф. Р. Козлов, обратив внимание на интерес Эйзенхауэра к отделу живописи, предложил ему взять в качестве сувенира любую из картин. «Чувствуя, что отклонить предложение было бы неполитично, я выбрал, – вспоминал Айк, – яркую картину, на которой был нарисован ручей, стремительно несущийся сквозь заснеженные поля. Картина называлась «Весна приходит в деревню» («Начало оттепели». – Р. И.)[776].

Выбор был удачен: выставка тоже символизировала начало того, что тогда представлялось как оттепель в советско-американских отношениях. Эйзенхауэр публично нередко говорил об этом. В одном из своих выступлений на совещании в Женеве Эйзенхауэр заявил: «Американский народ хотел бы быть другом советского народа. Нет споров между американским и советским народами, между ними нет конфликтов, нет торговой вражды. Исторически наши народы всегда жили в мире»[777]. Он подчеркнул, что «торговля остается все же главным фактором для достижения всеобщего мира и благополучия».

Во второй половине 50-х гг. стали более оживленными связи между США и СССР в области науки, искусства, культуры. Тронулся лед и в сфере экономических отношений. Первые контакты с Советским Союзом свидетельствовали о возможности и необходимости дальнейшего развития взаимовыгодного сотрудничества. Обнадеживающим фактом являлось все более активное и заинтересованное участие деловых кругов США в этом процессе. Один из крупных промышленников в области энергетики председатель финансового комитета «Дженерал электрик» Филипп Рид, посетив Советский Союз, 24 сентября 1958 г., направил Эйзенхауэру подробный отчет о своей поездке. Бизнесмен со знанием дела охарактеризовал экономическое и политическое положение СССР. В отчете подчеркивалось: «Русский народ горячо желает мира. Русские считают, что никто не выиграет от войны между Россией и Америкой. У меня сложилось такое впечатление от встреч с людьми различных возрастов и положений во всех районах страны, которые я посетил». Рид делал вывод о необходимости всемерного развития контактов между двумя странами. Его оценки и суждения отличались четкостью, краткостью, меткостью. Поблагодарив автора письма, Эйзенхауэр отметил, что хотел бы видеть все представляемые ему доклады написанными на столь высоком уровне»[778].

В марте 1960 г. европейский отдел министерства торговли США в официальном отчете отмечал: «Торговля США с европейскими странами советского блока на протяжении десятилетия, с 1950 по 1959 гг., составила ничтожно малую долю внешней торговли Соединенных Штатов». Импорт из социалистических стран в США был в среднем на уровне 59 млн долл. в год (0, 5% всего годового импорта США), экспорт из США – 34 млн долл. (0, 6% всего годового экспорта США). 75-85% всего экспорта США в европейские социалистические страны составляли сельскохозяйственные товары[779]. Объем советско-американской торговли и ее структура ни в коей мере не соответствовали возможностям и потребностям обеих сторон.

Советско-американские отношения в годы президентства Эйзенхауэра – сложная и далеко не однозначная проблема.

Ни в коей мере не идеализируя политику 34-го президента США в отношении Советского Союза и стран мирового социалистического содружества в целом, надо тем не менее отметить, что с его именем связаны первые в послевоенный период попытки американской стороны найти пути нормализации отношений между Соединенными Штатами и СССР. В этом проявился политический реализм Эйзенхауэра.