Вивьен Уоллер (2000) продемонстрировала роль Интернета в развитии новых форм индивидуализированной семейной жизни в своем новаторском исследовании использования Интернета домохозяйствами в Канберре. Она строит свои выводы на данных Института Пью (проект «Интернет и американский образ жизни», 2000), согласно которым американцы часто посвящают свою активность в Интернете семье: треть из них использовали Сеть для поиска пропавших родственников, свыше 50% — для расширения контактов с членами семьи, а множество других размещали информацию о своих семьях на своих web-страницах. Фактически каждый десятый американец являлся членом семьи, в которой кто-нибудь создал семейный сайт. Однако, установив важную роль Интернета для семейных отношений как в Америке, так и в Австралии, Уоллер идет дальше этой констатации, доказывая, что Интернет используется для переоценки семейных отношений в обществе, где люди экспериментируют с новыми формами семьи. Она показывает, как электронная почта позволила целому ряду домохозяйств прийти к тому, что она называет «семьями выбора», путем включения в повседневную жизнь семьи посторонних, знакомство с которыми состоялось через Интернет или же контакты с которыми развивались и улучшались посредством поддерживаемого Интернетом взаимодействия на протяжении определенного периода времени. Таким образом, практика сетевого индивидуализма способна дать новое определение границам и сущности традиционных институтов социального взаимодействия, таких, каким является семья.

В других случаях такие онлайновые сети становятся разновидностями «специализированных сообществ», то есть формами социальности, строящимися вокруг специфических интересов. Поскольку люди вполне могут принадлежать к нескольким из таких сетей, отдельный индивидуум стремится формировать свое «портфолио социальных связей» путем дифференцированных инвестиций, осуществляемых в разные моменты времени в различные сети с низкими ограничениями для доступа и низким уровнем вмененных издержек. Результатом этого становится, с одной стороны, необычайная гибкость выражения социальности, поскольку индивидуумы конструируют и реконструируют свои формы социального взаимодействия. С другой стороны, относительно низкий уровень обязательств может обусловить определенную хрупкость форм социальной поддержки. Некоторые наблюдатели превозносят разнообразие, плюрализм и свободу выбора на социальном уровне, в то время как Патмэн опасается «кибербалканизации» как пути усугубления разложения общественных институтов и спада участия в жизни гражданского общества.

Новые технологии, похоже, повышают шансы сетевого индивидуализма стать доминирующей формой социальности. Все возрастающее число исследований по использованию мобильных телефонов, кажется, указывает на то, что сотовая телефония соответствует социальной структуре, организованной вокруг «сообществ выбора» и индивидуализированного взаимодействия, основывающихся на выборе времени, места и партнеров по такому взаимодействию (Корошаа, 2000; Nafus and Tracey, 2000). Ожидаемое развитие беспроводного Интернета повышает шансы создания персонализированных сетей для широкого диапазона социальных ситуаций, тем самым расширяя возможности индивидуумов по перестройке структур социальности снизу доверху.

Указанные тенденции равнозначны триумфу индивидуума, хотя вопрос о том, во что это обойдется обществу, все еще остается неясным. Если только мы не примем во внимание, что индивидуумы фактически реконструируют модель социального взаимодействия, используя появившиеся технические возможности и имея своей целью создание нового типа общества: сетевого общества.

V - Политика Интернета (I): компьютерные сети, гражданское общество и государство

Общество изменяется в результате конфликтов и управляется политикой. Поскольку Интернет становится основным средством коммуникации и организации во всех сферах деятельности, представляется вполне естественным, что общественные движения и политический процесс использовали и будут использовать Сеть во все возрастающей степени с превращением Интернета в главный инструмент деятельности, информирования, вербовки, организации, доминирования и контрдоминирования. Киберпространство становится конфликтной территорией. Однако действительно ли Интернет играет чисто инструментальную роль в выражении общественных протестов и политических конфликтов? Или же в киберпространстве происходит видоизменение правил социально-политической игры, что в итоге оказывает влияние и на саму эту игру, а именно на формы и цели движений и на политических деятелей?