Читаем Франклин Рузвельт полностью

Вернувшись домой, Рузвельт, не снимая купального костюма, стал просматривать почту. На следующее утро он попытался встать с постели, но почувствовал, что ноги совершенно не слушаются. Температура повысилась до сорока с лишним градусов. В течение нескольких часов болезнь распространилась на другие органы. По всему телу разлилась страшная боль. Резко ослабели руки, перестала работать мочевыделительная система.

Прибывшие врачи не могли поверить, что человек в годах мог заболеть страшным недугом, поражающим обычно маленьких детей. Вначале, имея в виду обстоятельства предыдущего дня, была диагностирована простуда. Рузвельту прописали глубокий массаж, который причинял сильную боль.

В связи с тем, что болезнь усугублялась, а врачи не могли поставить диагноз, хотя исправно выписывали немалые счета за каждое посещение, по просьбе Элеоноры родные обратились к докторам из Гарвардской комиссии по детскому параличу. Один из ее специалистов, доктор Сэмюэл Левин, на основании симптомов заочно предположил, что скорее всего Рузвельта поразил полиомиелит.

Новые консультации и консилиумы убедили медиков, что неосторожное поведение накануне было только совпадением или способствовало развитию болезни, но не могло стать ее причиной. В конце концов был поставлен страшный диагноз — недуг, от которого не было полного излечения, который чаще всего обрекал пациента на пожизненную инвалидность. Более того, врачи пришли к выводу, что те методы лечения, которые применялись непосредственно после заболевания, лишь усугубили страдания, не способствуя даже минимальному облегчению состояния пациента. Окончательный приговор вынес приехавший в Кампобелло 25 августа знаменитый бостонский специалист по полиомиелиту Роберт Лоуэтт, который с этого времени регулярно консультировал больного.

В то время считалось, что соответствующие гигиенические средства в состоянии предотвратить заболевание. Значительно позже ученые открыли, что вирус способен находиться в организме человека, проникать в его кровеносную систему, может пребывать в латентном состоянии многие годы или всю жизнь, но способен внезапно активизироваться и вызвать паралич. Очень многое зависело от общего физического и психического состояния человека.

Только в восьмидесятых годах XX века сформировалась новая отрасль медицины — психоневроиммунология. Ее цель — исследовать, как взаимодействуют психика, нервная и иммунная системы, действительно ли события, воздействующие на психику, влияют на восприимчивость к заболеваниям. Оказалось, что нервная, эндокринная и иммунная системы тесно связаны, непрерывно взаимодействуют, что не только в нервной, но и в иммунной системе информация передается при помощи специальных химических веществ — нейротрансмиттеров. Кроме того, эндокринная система выделяет специальные гормоны, действующие на другие системы в организме, в том числе и на иммунные клетки. Стоит только начать вспоминать обиды, испытывать по их поводу гнев, организм будет реагировать так же, как если бы перед ним возникла настоящая опасность.

Доказано, что во время стрессовой реакции нейротрансмиттеры и стрессовые гормоны оказывают влияние на иммунную систему. Появляются особые лимфоциты, Т-киллеры, которые внедряются в чужеродную клетку, разрушая ее. Существует прямая связь между продолжительностью и интенсивностью стресса, связанными с ним негативными эмоциями и иммунной системой: чем сильнее стресс, тем слабее сопротивляемость организма. Именно тогда человек больше всего подвержен риску заболеть самыми тяжкими недугами, вирусы и бациллы которых длительное время «дремали» в его организме^{152}.

Безусловно, именно такой случай произошел с Франклином Рузвельтом.

* * *

Вначале паралич, который полностью лишил подвижности нижнюю часть тела, частично повлиял и на другие органы. У Франклина продолжали слабеть кисти рук, он не мог держать карандаш. Луис Хоув часто поддерживал его руку, когда ему надо было подписать письмо. Поражены были мышцы спины, он был не в состоянии сесть на постели без посторонней помощи.

Но наиболее опасным врачи сочли поражение почек и мочевого пузыря. Приходилось каждые несколько часов ставить катетер, чтобы избежать дальнейшего нарушения жизненных функций. Лишь с большим трудом функционировала кишечная система. Элеонора в этих условиях проявила себя с самой лучшей стороны. Она вела себя как верная, самоотверженная подруга, отбросив в сторону всё то, что произошло несколько лет назад. Денно и нощно она находилась возле его постели, не доверяя сиделкам и няням заботу о тяжелобольном супруге. Элеоноре не раз говорили, что она не выдержит невероятного физического и морального напряжения. Но она не сдавалась, и во многом благодаря ее неустанным заботам, очень медленно, Франклин стал выходить из критического состояния.