Читаем Франклин Рузвельт полностью

Американская демократическая система, полагал он, сохраняется, но находится под всё усиливающейся атакой различных враждебных ей сил. Южная часть страны, оставаясь преимущественно аграрной, по-прежнему находится в руках белых расистов, включая демократических партийных деятелей. Капитаны промышленности на Севере и Западе контролируют огромные финансовые империи и препятствуют свободному предпринимательству. В растущих гигантскими темпами городах бразды правления всё более прибирают к рукам коррумпированные политические боссы. Со слов отца, а также из статей «разгребателей грязи» (термин Теодора Рузвельта) Линкольна Стефенса, Эптона Стинклера, Аиды Тар-белл, Майкла Мура и других^{67} Франклину были хорошо известны преступные нравы нью-йоркского Таммани-холла. Но ведь сходные структуры существовали и в Чикаго, и в Бостоне, и в Филадельфии, и в Детройте…

Подобные политиканы руководили организованным рабочим движением в Американской федерации труда (АФТ), которая действительно смогла организовать немало успешных выступлений за улучшение условий труда. Но делами в ней заправляли чиновники с огромными зарплатами, дрожавшие за свои места, боявшиеся проникновения в ряды организации не только негров, но и представителей некоторых белых национальных меньшинств и тем более чернорабочих. При этом профсоюзные боссы, как правило, встречали поддержку значительной части рядовых членов АФТ — квалифицированных рабочих, получавших немалые деньги, но хотевших получать еще больше.

Америке необходимы реформы, всё более убеждался Франклин Рузвельт, находя единомышленников прежде всего в кругах молодых однопартийцев, считавших, как и он, что страна развивается не совсем в том направлении, о котором мечтали ее отцы-основатели. Нередко, однако, сходные мнения высказывали и те, кто был сторонником политических оппонентов демократов, ибо в Республиканской партии также вызревало крыло прогрессистов. Они считали правильным и важным принятый конгрессом в 1890 году антитрестовский закон Шермана (Джон Шерман был сенатором от Республиканской партии, но демократы его инициативу поддержали) — первый антимонопольный закон США, провозгласивший преступлением любое препятствие свободе торговли путем создания треста (монополии) и даже вступление в сговор с таковой целью. Наказание устанавливалось в виде штрафов, конфискаций и тюремного заключения сроком до десяти лет. Правда, в течение следующего десятка лет после принятия закон не применялся, пока президент Теодор Рузвельт не стал активно использовать его в своей антитрестовской кампании. Рузвельт-младший и его единомышленники видели недостатки закона Шермана прежде всего в том, что данное в нем определение треста («договор, объединение в форме треста, или в иной форме, ограничивающее торговлю») позволяло использовать его и против профсоюзов. (Такое понимание существовало до тех пор, пока соответствующее уточнение не было внесено новым антитрестовским законом Клейтона в 1914 году^{68}.)

Тем временем сама карьера Теодора Рузвельта оказывала на молодого человека, становившегося всё более амбициозным, немалое влияние. Он чувствовал симпатию к Теодору, невзирая на то, что был очень дальним его родственником, хотя и носил ту же фамилию. Теодор, пятиюродный брат Франклина по отцовской линии, будучи старше его на 24 года, назывался «дядюшкой». К тому же он принадлежал к конкурирующей Республиканской партии.

С изумлением наблюдал юноша, еще не достигший двадцати лет, за стремительной карьерой родственника. В 1898 году «дядя» Теодор стал известен всей Америке как организатор добровольческого кавалерийского полка, принявшего участие в испано-американской войне на территории Кубы (война была кратковременной, Испания признала поражение, Куба перешла под американский контроль, а сами Соединенные Штаты стали превращаться в мировую державу, претендующую на тихоокеанские колонии и влияние на другие страны). В том же году Теодор был избран губернатором штата Нью-Йорк, а через два года республиканец Уильям Маккинли, выдвинутый на второй президентский срок, предпочел его прежнему вице-президенту Гаррету Хобарту, и Теодор Рузвельт в начале 1901 года занял этот пост. Но это было только начало.

Вскоре произошло совершенно неожиданное: 5 сентября того же года на панамериканской выставке в городе Буффало на севере штата Нью-Йорк президент был ранен анархистом Леоном Чолгошем. Первая пуля отскочила от пуговицы смокинга, но вторая, оказавшаяся более меткой, попала в живот. Маккинли пытались спасти, была сделана операция, но развился перитонит (тогдашние врачи определили его как гангрену), и 14 сентября Маккинли скончался. Схваченный на месте преступления Чолгош в октябре был казнен на электрическом стуле.

Так «дядюшка» Тедди, принеся в этот же день присягу на верность американскому народу и флагу США, стал в 43 года самым молодым президентом своей страны.