Читаем Фотограф полностью

– В принципе, конечно, – кивнул головой Чернов. – Но меня смущают картины. Костя отлично знал, что цена им грош. А в квартире Ирины Васильевны осталось немало ценных вещей, которые продать гораздо легче. Но он их почему-то не тронул. И еще одно обстоятельство: как показали приятели умершего, вокруг него крутился какой-то человек. Возраст под сорок, ходит в кожаной куртке и в кожаной же кепке. Больше они о нем ничего не знают. Но я не исключаю, что в город вернулся один из сообщников Эдуарда Бердова и сейчас пытается отыскать пропавший клад.

Ничего невозможного в этом, конечно, нет. Судя по перечисленным Черновым именам художников, цена пропавших картин измерялась в сотни тысяч долларов. Было из-за чего суетиться и бить ноги.

– Дело может быть опасным, Игорь, я тебя заранее об этом предупреждаю.

– Очень мило с твоей стороны. И какой помощи ты ждешь от меня?

– Надо встретиться с одним человеком. Он бывший следователь прокуратуры и вел тогда это дело. На меня не ссылайся ни в коем случае. Представься журналистом, вздумавшим покопаться в старом деле. Редактору Краюхину я позвоню, в случае нужды он подтвердит твой статус.

Мне показалось, что Виктор рассказал мне далеко не все. Я не знал подробностей той, шестилетней давности истории, но кое-какие слухи до меня доходили. Я тогда только что вернулся из армии, и мне было не до чужих проблем. Но сейчас мне хотелось узнать, почему расстроились отношения Чернова с Натальей Бердовой. Ведь пара, что называется, смотрелась. И чувство, во всяком случае со стороны Чернова, было глубоким.

Прежде чем вплотную заняться следователем прокуратуры, Александром Михайловичем Кузнецовым, ныне преуспевающим чиновником областной администрации, я решил повидаться с капитаном милиции Рыковым, старым приятелем Чернова. Рыков меня знал и потому звонку нисколько не удивился.

– Опять вышли на тропу войны, доктор Ватсон? – полюбопытствовал он, подсаживаясь в мою машину. – И кто же у нас в роли профессора Мариарти?

Рыков был круглолиц, курнос и насмешлив. Про таких в народе с симпатией говорят – рязанская морда, имея в виду не только внешность, но и хитроватый характер. Пальца в рот я бы ему не положил, но в серьезном деле такие ребята обычно не подводят. Хотя блюсти свой интерес очень даже умеют. Я, например, далеко не уверен, что отношения Рыкова и Чернова носят совсем уж бескорыстный характер. Но как говорят в таких случаях умные люди, ссылаясь при этом на мудрую и бессмертную книгу: не судите да не судимы будете.

– С Александром Михайловичем Кузнецовым ты знаком?

– А, – сказал Рыков и сразу же помрачнел.

Видимо, ему все стало ясно, но что касается меня, то я терялся в загадках, а потому и попросил капитана поделиться со мной знаниями.

– Да чем тут делиться, – вздохнул Рыков. – Это по его милости Чернова шесть лет назад выперли из органов. В общем-то, Витька и сам виноват. Ему надо было сообщить начальству о своих отношениях с Наташкой. Правда, никто тогда на Эдуарда Бердова компрометирующих материалов не имел. Выплыл он буквально в последний момент. Все получилось хуже некуда. Они пытались скрыться, мы их догоняли. Они отстреливались, мы тоже били по колесам. Но как потом показала экспертиза, Эдуард Бердов был убит пулей, выпущенной из пистолета старшего лейтенанта Чернова. Но и это еще не все. Уцелевшие Кривонос и Гальцев в один голос заявили, что кто-то предупредил Эдуарда Бердова о готовящейся операции. Следователь Кузнецов подавал дело так, что это именно Чернов сначала предупредил Бердова, а потом его убил, дабы тот не раскрыл его связи с преступным миром. Чернову впаяли служебное несоответствие и уволили из органов. Могли и посадить. Нет, конечно, Витька мог что-то сболтнуть Наташке, а та пожалела двоюродного брата, но Бердова-то он убил случайно. Я же был в той машине. Шли мы на скорости под сотню, дорога – сплошные ухабы. Выстрелить прицельно было просто невозможно.

Непонятно, кого пытался убедить Рыков, меня или себя. Резидент Шварц, между прочим, классный стрелок, и мы оба это знали. Как знали и то, что Виктор склонен к рискованным поступкам.

– Есть основания полагать, что в городе объявился один из подельников Эдуарда Бердова.

– Так, – задумчиво протянул Рыков. – Срок их отсидки действительно истек. Ты держи меня в курсе, Игорь. И в случае чего можешь рассчитывать на мою помощь. У меня свой счет к этим ребятам. Это по их милости я до сих пор хожу в капитанах.