Когда малыш убежал, Грейс строго посмотрела на Рейза: тот улыбался. Прежде чем она успела заговорить, он снова потянулся к ней:

— Вы ведь хотели поскорее остаться наедине со мной? Она уклонилась от его нетерпеливых рук.

— Что вы намерены делать с… с тем, что сегодня узнали? Глаза Рейза понимающе блеснули, улыбка стала шире.

— А… Не знаю.

— Прошу вас, — выдавила Грейс, ненавидя себя в эту минуту. — Я не могу потерять эту работу. Миссис Баркли не знает о том, что произошло в Нью-Йорке.

— Я понимаю.

— Вряд ли. Но я очень прошу вас не вмешиваться в это. Глаза Рейза сверкнули:

— А что я получу в благодарность за молчание?

— Что вы имеете в виду? — посмотрела на него Грейс с подозрением.

— А как вы думаете? — спросил он дерзко, беззаботно.

Грейс задыхалась, щеки ее пылали.

Ему тоже не хватало воздуха, сердце учащенно билось.

— Плата за мое молчание — поцелуй. Грейс едва сдержала взрыв негодования.

— Вы, сэр, невыносимы! — Она возмущенно отвернулась.

— Но неотразим, — подсказал Рейз тихо, очень близко от нее, слишком близко.

— Не для меня!

— Когда я получу мою награду?

— Уж разумеется, не сейчас, — сказала Грейс, отойдя подальше и повернувшись к нему лицом. — И вообще никогда! Вы жалкий, бессовестный негодяй! Если б вы в самом деле были джентльменом, то молчали бы без всякой награды.

— В таком случае вы правы. Я негодяй, развратник и… как там еще? Ловелас и деспот?

Он снова насмехался над ней. Она вздернула подбородок:

— Мне надо идти.

— Так когда же я получумой поцелуй? — настаивал Рейз.

Грудь ее тяжело вздымалась. Ему неведомы угрызения совести. Она не сомневалась, что, если откажет ему, он выдаст ее тайну. Риск был слишком велик.

— Сегодня вечером.

Глава 6

Мысль о том, чтобы соблазнить Грейс, мелькнула пару раз в его голове. Но он понимал, что это нехорошо. Ведь если б он всерьез вознамерился это сделать, то непременно добился бы своего. Грейс была беззащитна перед его искусными, неоднократно испытанными приемами опытного донжуана. Сознание этого порождало в нем чувство вины. Будь его воля, уехал бы из Натчеза сейчас же, сию минуту, вместо того что бы прятаться за амбаром, ожидая свидания с ней. И поцелуя.

Неужто Грейс и правда считает его подлецом, способным донести на нее Луизе Баркли? Это огорчало его. По-видимому, она и в самом деле самого что ни на есть худшего мнения о нем. Рейз попытался вспомнить кого-нибудь в своем прошлом, особенно женщину, кому бы он не понравился. И не мог припомнить ни одного случая — вплоть до сего дня. А вот Грейс он не нравился.

Ладно, поцелуй — еще не обольщение. От одного поцелуя ни с кем из них ничего не случится. И уж конечно, он заслуживает куда большего, чем один поцелуй…

Но придет ли она? Рейз весь горел от нетерпения. Впрочем, Грейс так боится, как бы он не разболтал ее секрет, что непременно придет. Они договорились, что он будет ждать ее в десять вечера за третьим амбаром. Услышав шаги, он обернулся.

Даже если бы Рейз и не ждал ее, он все равно узнал бы девушку в рассеянном лунном свете по этой напряженно прямой спине. Грейс остановилась в нескольких ярдах от него, и он смог разглядеть ее лицо — сосредоточенное, хмурое. Интересно, а что он увидел бы в ее глазах, если бы было светлее? Гнев? Волнение? Страх? Его тело томительно, сладко пульсировало. Проклятие! Он желал эту женщину. Из всех женщин на свете он желал только ее.

— Идите сюда, — сказал Рейз тихо. Она не шелохнулась.

Рейз улыбнулся, белые зубы ослепительно сверкнули в темноте.

— Ну тогда я подойду.

Он медленно шагнул вперед — четыре легких, неслышных шага — и оказался в каком-нибудь дюйме от нее. Она подняла глаза.

«Боже милостивый! — промелькнула у нее мысль. — Просто не верится, что я это делаю».

«О, Грейси, если б ты могла расслабиться, забыть обо всем, тебе бы это понравилось», — думал он.

Глаза ее были точно два темных озера, одновременно тревожные и рассерженные. Они блестели в лунном свете. Хотел бы он увидеть в них блеск желания.

— Не сердитесь на меня, — шепнул Рейз. — Вся беда в вашем очаровании. — Голос его был низкий, хрипловатый, ласкающий. — Я просто ничего не могу с собой поделать.

— В моем очаровании? — переспросила Грейс язвительно. — О нет, мистер Брэг, думаю, во всем этом следует винить ваше скотское сластолюбие!

Его глаза удивленно расширились, ее — торжествующе сузились.

— Грейс, — выдавил он, — вы все-таки выбирайте выражения.

— А что, правда глаза колет? — ехидно поинтересовалась она.

— Ну что ж, давайте тогда испытаем мое скотское сластолюбие, — угрюмо предложил Рейз. Она шагнула назад. Он шагнул вперед.

— Я передумала, — шепнула Грейс.

— Слишком поздно. Он обнял ее за плечи.

— Ну так кончайте с этим скорее! — выдохнула Грейс. Но по телу ее пробежала дрожь.

Рейз вздрогнул, ощутив ее трепет, и стал ласково поглаживать ее плечи.