Читаем Еврейский синдром-3 полностью

Теперь по поводу возможных возмущений типа "мы - не рабы, рабы - не мы". Позвольте спросить: а кто мы? Кто, как не рабы, с легкостью меняют кумиров, умываются слезами умиления за любую подачку и молча - молча!!! - вымирают? Кто, как не рабы, боятся рожать детей, безучастно взирая на родные "кручи", "обсиженные" новыми кочевниками? Кто, как не рабы, потеряв всякую волю к сопротивлению и способность видеть очевидное, позволяют вести себя в могилу вместо обещанной Земли Обетованной?


Может ли кто-нибудь сказать мне, какой национальной идеей живет сегодня народ Украины? Нет! Потому что нет национальной идеи! Смешно и горько наблюдать бесконечные и безуспешные потуги философствующих представителей "рабской популяции" ее "родить". У рабов не бывает национальных идей, их удел - "пустынная идеология": таскаться среди миражей в поисках "рая" и найти вместо него могилу.


Смешно и горько наблюдать, как рабская ненависть друг к другу убивает способность адекватно воспринимать происходящее. Вы посмотрите, с каким неистовым азартом желают друг другу скорейшей "кончины" представители полярных политических "популяций": националисты ждут не дождутся, когда умрет последний - коммунистический - раб, и наоборот. И никто из них не хочет понять, что недалек тот час, когда повысдыхают все - и "красные", и "белые", и "зеленые", и "жовто-блакині", - освободив место под солнцем Хазарской Пустыни новым "моисеям"…


Примечательно, что в условиях Хазарского Ига рабов определяет не социальный статус, а скорее духовный. И это является главным завоеванием "пустынной идеологии", вновь сделавшей "незалєжні" границы "прозрачными" и создавшей новую хазарскую общность - рабов.


Судя по всему, это понимают и в российском "уезде" Третьей Хазарии:

"…Оглянувшись вокруг, мы уже можем увидеть эту массу рабов. Это вовсе не самые обездоленные, не самые эксплуатируемые, не выполняющие самую неквалифицированную работу. Напротив, среди перечисленных людей немало свободных духом, сохранивших Веру, светлые идеалы. Рабские души отличает полный отказ от борьбы за утверждение в жизни определенных духовных ценностей, неспособность мыслить категориями общественного развития, осознавать добро и зло в каждодневной практике. Примеров этого среди людей самого разного общественного положения мы видим много:


1. На глазах людей изуродованы системы образования, здравоохранения, социального обеспечения, безопасности. Отторгнуты территории, политые потом и кровью предков. Зарплата огромных масс населения упала многократно, стала много ниже прожиточного минимума. Здоровье, счастье, жизненные перспективы близких, детей, следующих поколений потеряли свое обеспечение. Только рабское сознание способно все это оправдывать, ограничивать коллективные акции требованиями дать жалкий кусок из украденного, выплатить мизерные зарплаты, задержанные на много месяцев. Только рабское сознание толкает на безнравственные акты самоубийства, оставляющие на произвол судьбы детей и близких, вместо того, чтобы выйти на бой с врагами Отечества, его разрушителями. Логика раба: "дай кусок хлеба сегодня", а если не дают, то это твой личный конец сегодня, но не конец твоего врага, того, кто тебя всего лишил и заслужил возмездие.


2. На глазах у офицеров громят Вооруженные Силы, а они не противостоят этому должным образом. Их лишают возможности получить жилье, дать крышу над головой собственным семьям. Их уже смертельно боятся враги, понимающие свою ответственность за содеянное над народом - она ужасна, и лишают даже личного оружия, при этом вооружая "частные охранные структуры". Их уже предельно унизили, бросив в "награду" за многолетнюю службу в нищенское положение, на социальное дно. Но они терпят. Одни терпят в надежде получить хоть какую-нибудь зарплату сегодня и пенсию завтра. Другие мечтают об очередном воинском звании, даже не пытаясь сопоставить, что советский майор по своему реальному социальному положению был не ниже нынешнего генерал-майора. Если ничего не изменится, то скоро можно будет массово присваивать звания хоть генералов, хоть генералиссимусов - работа по окончательному разрушению мощи Вооруженных Сил в полном разгаре. А когда она будет завершена, бывшие военнослужащие бывших Вооруженных Сил не будут нужны никому. Не почет и обеспеченную жизнь они заслужат, а в лучшем случае - сочувствие. Да и последнее сомнительно, ибо не будет обороноспособности - не будет и Отечества. А на какие милости от завоевателя может рассчитывать офицер разгромленной армии?… Только изменники могут ожидать свои 30 сребреников.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
Свой — чужой
Свой — чужой

Сотрудника уголовного розыска Валерия Штукина внедряют в структуру бывшего криминального авторитета, а ныне крупного бизнесмена Юнгерова. Тот, в свою очередь, направляет на работу в милицию Егора Якушева, парня, которого воспитал, как сына. С этого момента судьбы двух молодых людей начинают стягиваться в тугой узел, развязать который практически невозможно…Для Штукина юнгеровская система постепенно становится более своей, чем родная милицейская…Егор Якушев успешно служит в уголовном розыске.Однако между молодыми людьми вспыхивает конфликт…* * *«Со времени написания романа "Свой — Чужой" минуло полтора десятка лет. За эти годы изменилось очень многое — и в стране, и в мире, и в нас самих. Тем не менее этот роман нельзя назвать устаревшим. Конечно, само Время, в котором разворачиваются события, уже можно отнести к ушедшей натуре, но не оно было первой производной творческого замысла. Эти романы прежде всего о людях, о человеческих взаимоотношениях и нравственном выборе."Свой — Чужой" — это история про то, как заканчивается история "Бандитского Петербурга". Это время умирания недолгой (и слава Богу!) эпохи, когда правили бал главари ОПГ и те сотрудники милиции, которые мало чем от этих главарей отличались. Это история о столкновении двух идеологий, о том, как трудно порой отличить "своих" от "чужих", о том, что в нашей национальной ментальности свой или чужой подчас важнее, чем правда-неправда.А еще "Свой — Чужой" — это печальный роман о невероятном, "арктическом" одиночестве».Андрей Константинов

Евгений Александрович Вышенков , Андрей Константинов , Александр Андреевич Проханов

Криминальный детектив / Публицистика
Робот и крест
Робот и крест

В 2014 году настал перелом. Те великолепные шансы, что имелись у РФ еще в конце 2013 года, оказались бездарно «слитыми». Проект «Новороссия» провалили. Экономика страны стала падать, получив удар в виде падения мировых цен на нефть. Причем все понимают, что это падение — всерьез и надолго. Пришла девальвация, и мы снова погрузились в нищету, как в 90-е годы. Граждане Российской Федерации с ужасом обнаружили, что прежние экономика и система управления ни на что не годны. Что страна тонет в куче проблем, что деньги тают, как снег под лучами весеннего солнца.Что дальше? Очевидно, что стране, коли она хочет сохраниться и не слиться с Украиной в одну зону развала, одичания и хаоса, нужно измениться. Но как?Вы держите в руках книгу, написанную двумя авторами: философом и футурологом. Мы живем в то время, когда главный вопрос — «Зачем?». Поиск смысла. Ради чего мы должны что-то делать? Таков первый вопрос. Зачем куда-то стремиться, изобретать, строить? Ведь людям обездоленным, бесправным, нищим не нужен никакой Марс, никакая великая держава. Им плевать на науку и технику, их волнует собственная жизнь. Так и происходят срывы в темные века, в регресс, в новое варварство.В этой книге первая часть посвящена именно смыслу, именно Русской идее. А вторая — тому, как эту идею воплощать. Тем первым шагам, что нужно предпринять. Тому фундаменту, что придется заложить для наделения Русской идеи техносмыслом.

Андрей Емельянов-Хальген , Максим Калашников

Публицистика