Читаем Еврейская мудрость полностью

Что такое месть и что значит – «копить злобу»? Если А говорит Б: «Одолжи мне твой серп», а Б говорит: «Нет», а на следующий день Б просит А: «Одолжи мне твой топор», а Б отвечает: «Вот ты отказал мне вчера, и я тебе сегодня ничего дам», это – месть и запрещено Торой.

А что значит «держать зло?» Если А говорит Б: «Одолжи мне твой топор», а Б говорит: «Нет», а на следующий день Б просит А: «Одолжи мне твою одежду», а А отвечает: «Вот она. Видишь, я не такой как ты и не отказываю», это – злоба.

Вавилонский Талмуд, Йома 23а

Конечно, подобное поведение граничит со святостью, особенно в том пункте, который требует от нас подавить чувство собственного превосходства и не указывать человеку на его плохое поведение. Но, например, в семейной жизни, если мы будем напоминать остальным о каждой обиде, нанесенной нам, семья быстро распадется. По-видимому, Тора пытается заставить нас распространить этот семейный принцип на жизнь вне семьи.

С другой стороны, нигде не говорится, сколько раз мы должны забывать о провинностях одного и того же человека. То есть, обязан ли А продолжать помогать Б, если даже после приведенной выше ситуации Б продолжает отказывать А во всех его просьбах? Я не знаю.

Что от нас требуется?

Вот что сказал Всевышний Израилю: Дети мои, чего я жду от вас? Я не жду большего, чем любви к ближнему и готовности уважать друг друга.

Танья-де-Бай Элияhу, средневековая раввинистическая работа, вероятнее всего – Х век

24. Дружба или жизнь

Дружба

В Танахе рассказаны две потрясающие истории о дружбе, одна повествует о женщинах, другая – о мужчинах.

Но сказала Рут (Наоми): не проси меня покинуть тебя и уйти от тебя обратно, потому что куда ты пойдешь – пойду и я, и где ты заночуешь – там заночую и я. Твой народ – это мой народ. И твой Бог – это мой Бог.

Рут 1:16-17

Душа Ионатана привязалась к душе Давида, и полюбил ее Ионатан, как душу свою. И снял с себя Ионатан все одежды свои, которые были на нем, и повязал их Давиду.

I Шмуэль 18:1, 3–4.

Описание чувств Ионатана заставляет вспомнить библейскую заповедь: «Возлюби ближнего своего, как самого себя»

И сказал Ионатан Давиду: «Что душа твоя ни скажет, сделаю я для тебя».

I Шмуэль 20:4

После того, как Ионатана убили вместе с отцом и двумя братьями в битве с филистимлянами, Давид оплакивал его:

«Больно мне за тебя, брат Ионатан. Очень ты мил был мне. Любовь твоя ко мне была сильнее женской любви!»

II Шмуэль 1:26

Отношения Рут и Наоми, как и Давида и Ионатана, поражают (особенно, учитывая в какой обстановке они развивались) своей чистотой и искренностью. Наоми была свекровью Рут – для отношений свекрови и невестки не всегда характерна сильная привязанность. Более того, они подружились уже после смерти мужа Рут. Еще больше нас удивляет тот факт, что Рут была моавитянкой, то есть принадлежала к народу, известному своей ненавистью к израильтянам. Однако любовь к Наоми заставила Рут принять иудаизм: «Твой народ – мой народ, твой Бог – мой Бог».

Дружба Давида и Ионатана развивалась в еще более сложной обстановке. Будучи сыном царя Саула, Ионатан должен был унаследовать трон. В то же время Давид был лучшим солдатом царской армии и претендентом на царский престол. Однако Ионатан нисколько не завидовал Давиду. Ионатан бесстрашно рисковал расположением отца и даже жизнью, чтобы спасти друга.

Что мы ценим в своих друзьях?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Этика Спинозы как метафизика морали
Этика Спинозы как метафизика морали

В своем исследовании автор доказывает, что моральная доктрина Спинозы, изложенная им в его главном сочинении «Этика», представляет собой пример соединения общефилософского взгляда на мир с детальным анализом феноменов нравственной жизни человека. Реализованный в практической философии Спинозы синтез этики и метафизики предполагает, что определяющим и превалирующим в моральном дискурсе является учение о первичных основаниях бытия. Именно метафизика выстраивает ценностную иерархию универсума и определяет его основные мировоззренческие приоритеты; она же конструирует и телеологию моральной жизни. Автор данного исследования предлагает неординарное прочтение натуралистической доктрины Спинозы, показывая, что фигурирующая здесь «естественная» установка человеческого разума всякий раз использует некоторый методологический «оператор», соответствующий тому или иному конкретному контексту. При анализе фундаментальных тем этической доктрины Спинозы автор книги вводит понятие «онтологического априори». В работе использован материал основных философских произведений Спинозы, а также подробно анализируются некоторые значимые письма великого моралиста. Она опирается на многочисленные современные исследования творческого наследия Спинозы в западной и отечественной историко-философской науке.

Аслан Гусаевич Гаджикурбанов

Философия / Образование и наука