Читаем Это рискованно (ЛП) полностью

  — Я бы сказала, что вы взяли почти правильную ноту, — сказала Лиз.

  "Большое спасибо." Он заговорщически усмехнулся. — Могу я показать вам кое-что, ребята?

  «Ты говоришь как мигалка. Быстрее, у меня тут полный почтовый ящик.

  Барни потянулся из-под стола и достал обмякшую резиновую маску и лоскут красного войлока. «Это для рождественской вечеринки. Я нашел это место, которое делает их. Я сделал пятьдесят.

  Лиз недоверчиво посмотрела на маску. "Это не!"

  "Это!"

  «Но это гениально! Это так похоже на него».

  — Я знаю, но ничего не говори. Я хочу, чтобы это стало сюрпризом для Уэтерби. Никто в этом отделе не может хранить секреты в течение пяти минут, так что я не собираюсь раскрывать их до сегодняшнего дня.

  Лиз громко расхохоталась, бедственное положение Сохейла Дина временно, но полностью отодвинулось на второй план, когда мысль о лидере их секции, который обычно опаздывал на штабные мероприятия, столкнулась с пятьюдесятью сияющими Дэвидами Шейлерами в шапках Санта-Клауса.

  6

  Когда Лиз вернулась в свою квартиру на цокольном этаже в Кентиш-Тауне, в этом месте царил укоризненный вид. Это было не столько неопрятно, сколько заброшено; большая часть ее вещей все еще лежала там, где она оставила их в начале выходных. Компакт-диск запылился в выступающей пасти проигрывателя. Пульт дистанционного управления в центре ковра. Столовая наполовину заполнена. Субботние газеты валялись повсюду.

  Слабый похоронный запах задержался; охапка зимнего жасмина, которую дала ей мать и которую она собиралась положить в воду накануне вечером перед сном, превратилась теперь в унылое сплетение стеблей на столе. Вокруг него и этажом ниже густое созвездие умирающих пятиконечных лепестков. На автоответчике крошечный пульсирующий красный огонек.

  Почему здесь было так холодно? Она проверила центральное отопление и обнаружила, что таймер отстает на два часа. Было ли какое-то отключение электричества в выходные? Возможно, но с точки зрения Лиз, термостаты и тому подобное всегда обладали какой-то странной причудливой силой, которая делала их необъяснимыми. Переместив время вперед на 19:30, она услышала, как котел запустился с удовлетворительным гулом.

  Следующие полчаса, пока тепло наполняло маленькую подвальную квартирку, она прибиралась. Когда место было достаточно хорошо упорядочено, чтобы она могла расслабиться, она достала из стопки в морозилке лазанью, приготовленную из замороженных продуктов (они размораживались и снова размораживались при отключении электричества, если действительно было отключение электричества? Она что, собиралась отравиться?), проткнула защитную пленку серией аккуратных надрезов, сунула пакет в духовку и налила себе большую порцию водки с тоником.

  На автоответчике было два сообщения. Первое было от ее матери: Лиз оставила замшевую юбку и ремень на обратной стороне двери своей спальни в Бауэрбридже — они останутся до следующего раза?

  Второй был от Марка. В тот же день в 12:46 он позвонил из Нобу на Парк-лейн, где ждал, чтобы угостить американскую актрису обедом с расчетом на расходы. Однако актриса опаздывала, а Марк был голоден, и мысли его обратились к квартире в подвале на Инкерман-роуд СЗ5 и возможности переночевать там у хозяйки квартиры. После выпить и перекусить, пожалуй, в Eagle на Farringdon Road.

  Лиз удалила оба сообщения. Идея встретиться в «Орле», любимом месте встречи журналистов « Гардиан », была безумной. Рассказывал ли он в газете о ней? Общеизвестно ли, что у него был самый шикарный из журналистских аксессуаров — любимое привидение? Даже если бы он никому ничего не сказал, было ясно, что игра перешла из области приемлемого риска в безумную страну. Он играл с ней, толкая ее дюйм за дюймом к самоуничтожению.

  Сделав глубокий глоток своего напитка, Лиз позвонила на его мобильный. Она собиралась сделать это прямо сейчас — покончить с делом раз и навсегда. Это будет чертовски больно, и она будет чувствовать себя невыносимо несчастной, но она хотела вернуть свою жизнь под свой собственный контроль.

  Она получила его голосовую почту, что, вероятно, означало, что он был дома с Шоной. Где он, черт возьми, должен быть, кисло размышляла она. Шагая по квартире, она остановилась при виде стиральной машины и перевернутого полукруга сероватой воды. Белье прошлой недели варилось там уже два с половиной дня. В отчаянии она потянулась к ручке, и машина ожила.

  7

  Энн Лейкби проснулась и увидела, что Перри стоит перед открытым окном спальни и смотрит на сад и море. День был ясный, обострённый соленым ветерком, и её муж выглядел почти как священник в своём длинном китайском халате. Его волосы были влажными и были приглажены до тусклого блеска двумя расческами с подкладкой из слоновой кости в гримерке. Он также, кажется, побрился.

  Старый педераст действительно хорошо подтянулся, подумала она, но это не похоже на него, чтобы так рано брать на себя столько хлопот. Прищурившись на будильник, она увидела, что еще только семь утра. Перри, возможно, был страстным поклонником Маргарет Тэтчер, но он никогда не разделял ее пристрастия к раннему подъему.