Раньше я не испытывал особых проблем с видом мертвых тел. Когда часто хоронишь то родственников, то знакомых, а к самой смерти относишься весьма рационально и даже философски, она приобретает не такие пугающие оттенки. Но когда знаешь, что под крышкой гроба лежит не «кто-то там со стороны», а твоя жена, весь твой «богатый» опыт сводится к одной микроскопической точке, которую ставят в конце – отношений, счастливой жизни, тебя самого.
Все, что здесь происходит – результат моей работы и моя вина. То, к чему я стремился долгие годы, в чем оттачивал мастерство и нарабатывал опыт, что развивал своими силами и своим умом, привело к полному и бесповоротному саморазрушению. Но было бы гораздо проще, если бы дело касалось только меня. А как быть с людьми, охваченными скорбью – теми людьми, которые стоят у меня за спиной вне себя от горя? Они не заслужили этого. Не заслужили потерять любимую дочь, лучшую подругу, близкую родственницу.
И Кира. Она не заслужила этого больше остальных. После всего, через что прошла со мной, что вытерпела, что приняла, как само собой разумеющееся, что разделила со мной без каких-либо сомнений и вопросов… она не заслужила того, что пережила в последнее минуты ее последней прогулки от магазина до дома. Это все я.
Я полюбил ее, сделал частью своей жизни и это убило ее.
Мой взгляд отрывается от одной точки и перемещается к гробу, когда его приподнимают чуть выше и медленно перемещают к заранее выкопанной яме.
И в тот момент я начинаю оживать от ступора, едва сдерживаясь, чтобы не броситься вперед.
Уже слишком поздно, Райан. Ты должен был поторопиться в другой день и в другое время. А теперь уже слишком поздно.
Гроб медленно опускается все ниже и ниже, постепенно исчезая из виду.
Мой взгляд становится мутным, а кратер в груди начинает заполнять горькая лава.
Это все я.
Я и то, что было создано мной ради всеобщего блага.
«Электа».
Опустошение – первое слово, которое приходит в голову. Первое слово, какое назвал бы я, если бы смотрел на себя со стороны. До этого момента во мне всегда был жив тот или иной стимул. Сначала учеба. Затем работа. Потом была Кира и все, что связано с ней. А после – жажда мести, поиски виноватых, попытки понять, как и где произошла ошибка. А теперь…
Я смотрю на свои руки, пока стою в лифте, медленно ползущем наверх, и словно ищу в них ответы, как записанную на ладонях шпаргалку.
Но правда в том, что больше мне не нужны подсказки. Мой «аналитический» ум все еще рвется все анализировать, искать первопричины и объяснения. А я… я просто устал от всего этого безумия. Я больше не хочу разбираться в алгоритме, который знаю буквально наизусть, не хочу проводить бессонные ночи в поисках ответа, где и что пошло не так, почему «Электа» построила маршрут, который привел к смерти моей жены, хотя ее главное преимущество всегда было в том, чтобы максимально обезопасить человека от любой беды, даже от нападения уличных грабителей, иначе я бы никогда не смог продвинуть «Электу» и среди местечковых приложений и она никогда не стала бы проектом государственной важности. Единственное, чего я хочу – покончить с ней раз и навсегда. Чтобы подобное больше никогда не повторилось ни с кем из других людей.
«Электа» разбила мое сердце – и я сегодня сделаю с ней то же самое.
Я выхожу из дверей лифта и направляюсь вперед по коридору – такому же одинаковому, как и все остальные в этом здании. За последние три года я изучил его от и до (за исключением особо секретных закрытых отделов, куда у меня нет доступа). Для выхода на этот уровень нужно заработать больше «очков» и быть кем-то покруче главного разработчика и руководителя одного из центральных проектов корпорации (какая ирония).
Охранник внизу на проходной не удивляется, когда я появляюсь в офисе среди ночи: все давно привыкли к моим внезапным порывам поработать в неурочное время (не удивлюсь, если они давно считают меня «техническим безумцем»). Он также не замечает в моем рюкзаке оружие, которое надежно спрятано в потайном кармане за пластинами, скрывающими его от металлодетекторов и проверяющих сканеров (еще одна моя личная разработка). Но будем честны: я здесь на хорошем счету, и охранник не проверяет мой рюкзак и мои карманы, как следует. И в этом его главная ошибка.
За последние пару недель мне удалось узнать распорядок и смены охраны, моих коллег, обслуживающего персонала и всех, кто так или иначе входит в число людей, способных внезапно появиться в офисе и помешать моим планам. Также я ознакомился с уровнями защиты и возможными препятствиями на пути к цели. Однако, все самое главное я принес с собой, и оно скрывается в небольшой флэш-карте, которая сегодня уничтожит проект всей моей жизни. Но эта мысль уже не внушает мне страх и не способна принести еще больше боли: после потери Киры я потерял и себя самого и больше не хочу иметь ничего общего ни с этой компанией, ни с «Электой».