Читаем Эксперт № 10 (2014) полностью

Плохая новость в том, что аварии, подобные сухоложской, нельзя предотвратить угрозами и чисто административными мерами. Годы недофинансирования водоканалов по всей стране привели к страшному износу фондов. А значит, ситуации, когда починить проржавевший водовод будет попросту невозможно, станут возникать по всей стране все чаще.

Последние в пищевой цепочке

Сегодня в России централизованным водоснабжением пользуются 106,5 млн человек, общая протяженность водопроводных сетей 463,0 тыс. км, в сутки жителям подается 90 млн кубометров воды. Водоканалы — это крупные предприятия, годовая выручка в городе-миллионнике составляет несколько миллиардов рублей. Большинство инвестиций в водопроводно-канализационное хозяйство — в водозаборы, очистные сооружения, водопроводные сети — осуществлялось в 1970–1980 годах. С тех пор технологии серьезно шагнули вперед, и даже та инфраструктура водоканалов, которая поддерживается в исправном состоянии, морально устарела.

По данным Российской ассоциации водоснабжения и водоотведения (РАВВ), водопроводные сети в среднем по стране изношены на 65,3% и каждый год степень износа увеличивается на 2–3%.

Кроме того, вся инфраструктура, построенная в советский период, не предназначена для экономии электроэнергии — в СССР электричество стоило дешево. А ряд советских планов развития городов, в соответствии с которыми создавались мощности водоканалов, содержали системную ошибку. В результате где-то проблемой является избыточная мощность насосов — город не рос так быстро, как планировалось, а в других, где идет бурное строительство и развитие новых микрорайонов, мощности водопроводно-канализационного хозяйства, наоборот, может не хватать.

Функционировать в современных условиях устаревшим водоканалам все сложнее. Экс-гендиректор ОАО «Водоканал» в Улан-Удэ Юрий Прозовских отмечает, что новые российские нормы по очистке стоков, которые должны соблюдать водоканалы, жестче европейских. «Штраф за нарушение и за причинение вреда водному объекту для водоканала может составлять сотни миллионов рублей (до миллиарда). Этот штраф можно получить даже в условиях, когда очистные сооружения работают без нарушений — просто они работают по тем нормам советского периода, когда были спроектированы», — констатирует Прозовских.

Сами водоканалы с грустной иронией называют себя «последними в пищевой цепочке» — внимание им уделяется лишь после всех остальных отраслей ЖКХ. В том числе и внимание инвесторов.

Чем чище, тем дороже

То, что водоканалам катастрофически не хватает инвестиций, — следствие непродуманной тарифной политики и отсутствия простых и действенных механизмов финансирования замены фондов. «Источников финансирования реконструкции водоканалов не появилось, более того, федерация и субъекты федерации сняли с себя материальную ответственность за ЖКХ, все передано на муниципальный уровень, куда не поступает уже почти никаких налогов, — описывает процессы последних лет Юрий Прозовских. — А реконструировать водоканал в областном центре стоит 4–7 миллиардов рублей». Но возможностей направить такую сумму на инвестиции у подавляющего большинства водоканалов просто нет.

«Отрасль водоснабжения сама по себе очень капиталоемкая и с довольно медленной возвратностью инвестиций, — поясняет исполнительный директор Российской ассоциации водоснабжения и водоотведения Елена Довлатова . — В отличие от тепловых сетей, где результатом модернизации может быть серьезная экономия на топливе, у водоканалов нет прямой зависимости между модернизацией и снижением издержек. Те инвестиции, которые водоканалы осуществляют на благо природы и человека, ведут к росту издержек: чистая вода, хорошо очищенные стоки стоят дороже». Иными словами, если теплоснабжающая организация, поставив новые котлы и поменяв трубы, может сэкономить до 30% сжигаемого топлива и только за счет этого окупить свои инвестиции за пять — десять лет, то водоканал, установив новое оборудование, практически не сэкономит — он будет поставлять столько же воды, сколько и поставлял, просто эта вода будет более высокого качества.

Серьезную экономию дают лишь энергосберегающие технологии, но эффект от них обычно оказывается почти нивелирован ростом цен на электроэнергию. «Тариф для водоканалов будет повышаться на величину “инфляция минус 30 процентов”. При этом электроэнергию — а затраты на нее доходят до 40 процентов от всех затрат — водоканалы покупают на свободном рынке, где цены никак не сдерживаются, — объясняет Довлатова. — В итоге даже меры по внедрению энергоэффективности не дают ожидаемой экономии — бывает так, что водоканал планирует в рамках энергосервиса снизить затраты на электроэнергию на 20 процентов, а из-за роста цен по факту получает рост затрат на 2 процента».