Читаем Эксперт № 10 (2014) полностью

В целом у тарифообразования отрасли те же проблемы, что и у всего ЖКХ: спущенная сверху предельная рентабельность, урезание тарифа, как только компания начала приносить прибыль (что заставляет многие водоканалы «рисовать» маленькую прибыль или даже убыток, и постороннему наблюдателю невозможно разобраться, какие из убыточных водоканалов убыточны на самом деле, а какие — лишь на бумаге). Более того: свои доходы водоканалы обязаны распределять строго по ограниченному числу статей затрат, а финансировать за счет тарифа инвестпрограмму водоканалам и вовсе нельзя. Для этого существует так называемая инвестиционная надбавка, получать ее можно лишь при наличии утвержденной местными регулирующими органами инвестпрограммы. У ряда водоканалов такие инвестиционные программы есть, и они получают надбавку (кстати, довольно небольшую, 20–30 копеек с 1 кубометра), под утвержденную инвестпрограмму реально привлечь кредит. Но в целом финансирование модернизации водоканалов напоминает лоскутное одеяло: где-то дали денег из бюджета — на это обновили очистные, удачно вписались в программу субъекта федерации — поставили новую систему обеззараживания воды, заработали денег на дополнительных услугах — переложили трубы, при этом сам водоканал вполне может все те годы, что идет модернизация, оставаться убыточным (как мы уже поняли, на всякий случай — чтобы не срезали тариф). В результате мы имеем искаженную картину экономики целой отрасли, отсутствие честных инвесторов при достаточном количестве желающих «поуправлять» водоканалами (ведь это постоянный стабильный денежный поток) и аварии с отключением тысяч людей от централизованного водоснабжения, как в Сухом Логе. Учитывая все вышесказанное, легко понять, что даже резкое повышение тарифа вряд ли станет хорошим решением для отрасли. Чтобы изменить ситуацию, нужен целый комплекс продуманных мер.

Под будущий поток

Пока несколько проще, чем у остальных, с инвестициями обстоит дело у растущих городов — например, один из этапов масштабной программы «Вода Ростова» будет целиком профинансирован ПО «Водоканал» города Ростова-на-Дону из платы за подключение новых мощностей (и никак не повлияет на величину тарифа для населения). Но самые серьезные проблемы — в маленьких городах и сельских поселениях, где нет масштабного нового строительства. Скажем, подключенная к центральному водоснабжению деревня может потреблять в месяц 300 кубометров воды и платить водоканалу 9–10 тыс. рублей. Обслуживание водопровода и аварийные ремонты в такой деревне по определению убыточны. Повышение же тарифа мало что даст — при таком небольшом объеме его надо повысить в разы, что просто неприемлемо. Возможное решение здесь — укрупнение водоканалов. «Не секрет, что в небольших поселениях весь бюджет муниципального образования может быть меньше, чем стоимость системы водоснабжения, — говорит Елена Довлатова. — В таких случаях местные водоканалы даже не могут получить муниципальную гарантию для кредита, и инвестиции для них невозможны. Но если консолидировать водоканалы в рамках области в единую структуру, уже можно привлекать финансирование и вкладывать средства».

Пример водоканалов Санкт-Петербурга и Ростова-на-Дону, которые финансируют свои обширные — в десятки миллиардов рублей — инвестпрограммы за счет средств инвесторов, кредитов и облигационных займов, увы, полезен немногим. Организация облигационного займа — слишком дорога для водоканала, а ставки по банковским кредитам слишком высоки, тем более что срок окупаемости многих проектов превышает 10–15 лет. Однако вложения под будущие денежные поступления — фактически единственный способ профинансировать обновление фондов водоканалов, иного пути нет. Конечно, логичным решением был бы выпуск региональных инфраструктурных облигаций, доходы по которым обеспечивались бы будущими доходами водоканалов. Еще одно возможное решение — соглашения аренды, где у арендатора есть обязательство провести капитальный ремонт фондов, или концессии с аналогичными обязательствами. В принципе оформление инвестиций может быть любым, важнее другое: необходим переход на разумное тарифообразование, чтобы водоканалам выгодно было показывать прибыль, а не прятать ее, а инвесторы понимали, что происходит в отрасли, и могли прогнозировать будущие доходы. Первые шаги уже сделаны — переход на долгосрочный тариф, фиксация платежа граждан за коммунальные услуги в целом, чтобы иметь возможность внутри платежа менять величину тарифа на тепло и на водоснабжение (скажем, притормозить рост цен на тепло и немного ускорить — на воду). Кроме того, РАВВ обсуждает с ФСТ возможность законодательно закрепить право водоканалов распределять прибыль в качестве дивидендов. «Сегодня прибыль можно расписать по ограниченному числу статей, и в их числе не предусмотрен доход инвестора, — поясняет Елена Довлатова. — Это сдерживает механизм концессии. Но если инвестиционная и производственная программа выполнены, водоканал должен иметь возможность вернуть часть прибыли в качестве дохода инвестора».