Читаем Экипаж полностью

Ежов несколько секунд внимательно глядел на тетку, а потом вдруг резко наклонился и стянул с нее юбку. Рудольф хотел что-то сказать, глядя на детектива с недоумением пополам с брезгливостью, но тут же передумал. А лицо женщины мгновенно перестало быть добродушным…

Под юбкой у нее скрывалась точно такая же мерзкая гадость с щупальцами, как у тех тварей в верхних залах. Похоже, неизвестная зараза начиналась с ног, и постепенно распространялась все выше и выше. Вероятно, именно потому головы у всех чудовищ казались почти нормальными — до них мутация доходила в последнюю очередь. А эта тетка, скорее всего, заболела одной из последних…

— Э, мадамочка! — отшатнулся от нее Ежов, ошарашенный от такого открытия. Он и сам не мог толком объяснить, что заставило его сделать то, что он сделал, но такого он точно не ожидал.

Тварь, поняв, что ее разоблачили, мгновенно перестала притворяться добропорядочной гражданкой. Женщина схватила Михаила за шею и яростно зашипела, стараясь дотянуться зубами до яремной вены. Щупальца на ногах, яростно извиваясь, хватали его за лодыжки.

— [цензура] мать!!! — дико заорал детектив, абсолютно забыв про лазерный кастет и просто от души ударяя зараженную в челюсть.

В юности он ходил в боксерскую секцию, в армии овладел начатками самбо, да и годы культуризма отнюдь не пропали даром. Плюс еще кастет на руке. Но, как и минуту назад, такого он не ожидал. Ежов уж точно не мог подумать, что одного-единственного удара (пусть и мощного, как лошадиный пинок) хватит, чтобы человеческая голова разлетелась, как пустая тыква.

Однако тварь продолжала шевелиться, хоть и вслепую. Поскольку превращение еще не завершилось, она не могла двигаться так резво, как остальные, но и умирать не собиралась. Женское тело с кучей бесформенной слизи вместо ног упало на пол и кое-как поползло куда-то в сторону. Рудольф, наконец-то отойдя от шока, со всей силы ткнул ее шестом в спину. Посыпались искры, и из-под живота монстра потекла бурая жижа.

Через несколько минут Михаил, Рудольф и Соазссь наконец-то достигли выхода наружу. Бежали они уже уверенно, ориентируясь по звукам. Звуков снаружи доносилось великое множество — вопли разъяренной Джины, треск выстрелов Тайфуна и еще что-то громогласное, похожее на ворчание вулкана…

— Майсс хауносса… — остолбенело прошептал Соазссь, глядя на то, что объявилось в окрестностях за время их отсутствия.

— Да уж… — согласился Рудольф.

А Ежов просто стоял с открытым ртом и радовался тому, что мочевой пузырь пуст. Иначе точно бы оконфузился…

«Борея» больше не было. На его месте виднелась огромная трещина в каменной поверхности, из которой еще торчал кончик дюзы. Рядом с трещиной лежала без чувств очень плохо выглядящая Фрида, возле нее что-то бессвязно орала уже охрипшая Джина, а чуть поодаль с нечеловеческой скоростью вращался Тайфун, щедро выплескивая боезапас в то, что перло к станции с другой стороны.

Судя по всему, это как раз и было то чудовище, которое так неосторожно создали генетики с LOKN-4330. Мутация персонала, превратившая их в ту мерзость, слизь на стенах и переломанная техника — все это, скорее всего, произошло именно по вине этого создания. Возможно, и сотрясения, так растрескавшие астероид, также были делом его рук. Фигурально выражаясь, конечно, ибо рук у него не было…

Глядя на это существо, напрашивалось сравнение с волной цунами. Колоссальная тестообразная масса розовато-бурого цвета, постоянно отращивающая тысячи, десятки тысяч щетинок и с их помощью ползущая вперед. Ненужные тут же исчезали, растворяясь в «туловище».

Весил этот бесформенный гигант многие тысячи тонн. Он без труда мог превратить любое здание в щебень, просто почесавшись о стену. Вокруг него дрожал воздух — чудовище дышало всем телом. Этот исполин вполне мог за несколько дней, если не часов, всосать в себя всю атмосферу LOKN-4330, но его клетки работали по двойной системе — дыхание и фотосинтез. Он превращал кислород в углекислоту, но буквально тут же проводил обратный обмен. Подобным образом монстр, кстати, и питался — как бы ел самого себя по закрытому циклу. Переваривал частички своего тела, строил из них новые клетки, а потом переваривал и их тоже. Однако от дополнительной закуски отказываться тоже не собирался…

Разумеется, этот циклопический Франкенштейн не имел ничего, хотя бы отдаленно схожего с разумом. Просто огромная, беспредельно тупая гора плоти. Но сознание у него все же наличествовало. Примерно такое же сознание, как у пчелиных маток — те мутанты в недрах станции были его «солдатами». Управлял он ими на расстоянии, точно так же, как управляют своими рабочими королевы общественных насекомых — телепатически. И вот этот мощнейший ментальный импульс, источаемый такой громадой, да еще находящейся так близко, как раз и стал причиной обморока Фриды. Это все равно как выстрелить из пушки над ухом человека с невероятно чутким слухом.

— Где капитан?! — возопила голосом Зюганова, потерявшего партбилет, Джина. — Куда делся капитан?!

— Та… та… та… — застучали зубы Ежова, глядящего почти вертикально вверх.