Читаем Её чудовище полностью

– Дорогая, сколько раз твоя неразумная доброта втягивала тебя в неприятности? Не пора ли уже понять, что беспокойство о других не окупается?

Я уныло молчала, согласная признать его жестокую правоту, но не принять ее. Что бы Барон ни говорил, но именно моя неразумность свела меня с ним, а значит, спасла мою жизнь. Не единожды.

– Стража должна искать проклятого, а вы, вместо того чтобы помогать, как обещали, только мешаете. – Голос мой почему-то звучал настолько жалобно, что трусливый упрек больше походил на банальное нытье.

– Должны искать, – согласился он. – Некоторые даже ищут. С похвальной самоотверженностью, должен сказать. Но есть и те, кто не верит в проклятие. Некоторые стражники излишне преданы Многоликому и слепо верят жрецам… О Эллари, дорогая, неужели недавние происшествия ничему тебя не научили? Форма стражника не делает надевшего ее лучше. Трусы так и останутся трусами, сколько бы мечей ни красовалось на их нашивках. С фанатиками дела обстоят хуже.

– Вы это о чем?

– Знала ли ты, что некоторые стражники, так трогательно защищаемые тобой, планировали нападение? – Барон подался ближе, в глазах его искрилось злое веселье. – Угадаешь на кого?

Излишне выразительный взгляд не оставлял места сомнениям.

– Но это же безумие! – Я передернула плечами, не без иронии заметив: – Все же знают, кто нас защищает.

– О, поверь, знают. И тем не менее этой ночью планировалось нападение на магазин.

– Планировалось? Уже нет?

– Скажем так, сейчас у них нет сил на глупости, – с непроницаемым лицом отозвался Барон.

Капрал совершенно точно не говорил ничего про убитых стражников, и это не могло не настораживать. Он не был в ужасе, просто очень напуган, будто бы никого еще Барон не убил…

– Что вы сделали?

– Всего лишь поговорил. Вероятно, если кто-нибудь сообразит спуститься к камерам, эти недоумки даже выживут, – подтвердил мои самые страшные опасения Барон.

Я закрыла лицо руками, досчитала до десяти, длинно выдохнула и почти спокойно сказала:

– Так нельзя. Нельзя убивать людей просто потому, что они напуганы и творят глупости.

Высший закатил глаза, но, в отличие от меня, времени на успокоение себе не оставил. И раздражение его чувствовалось в каждом слове.

– Их безмозглая трусость чуть тебя не убила. И тебя, и ведьму. Может, достаточно уже быть ко всем доброй? – В завершение он заметил: – К тому же я их не убил, всего лишь выпил. Они еще живы.

– Я не добрая, – возмутилась вяло, – я позволила вам убить мясника. Ни слова не сказала даже.

– Кого? – не понял Барон.

– Того мужчину. Бэрта.

– А… Он жив, – успокоил мою совесть Высший.

– Как?

– Получил отсрочку на полгода. До празднования Рубежа. Я заберу его жизнь в ваш самый большой праздник.

Я решительно не понимала, что он задумал.

– Зачем?

– Ведьма пожелала, чтобы он жил в страхе, и я не нашел причин ей в этом отказать. Хотя, полагаю, выпить его мне не суждено, покончит с жизнью он намного раньше назначенного срока. Слабоват.

– Вы… вы… вы…

Я не знала, что сказать. Слов не было. Барон и Улиса нашли друг друга…

– Барон!

Рев командора сотряс стены, дверь с грохотом распахнулась, и в столовую ворвался Бэйс. Бледный, с горящим взглядом и всклокоченными волосами, вид он имел немного сумасшедший, крайне взбешенный и безнадежно воинственный. По ручке двери из-под его ладони поползла изморозь, в помещении резко похолодало.

Поежившись, я выдохнула облачко пара.

– Уже нашли тела? Приятно удивлен, – восхитился Барон, поднимаясь. – Кто-нибудь выжил?

Еще совсем недавно горячий чай в кружке покрылся тонкой корочкой льда.

Обходя стол и на ходу снимая камзол, Высший сообщил:

– Они заслужили свое наказание, но, если вам станет легче, я могу извиниться и пообещать, что в будущем постараюсь так не делать.

Еще немного – и прямо в столовой пойдет снег, поняла я, даже с такого расстояния заметив, как угрожающе выцвели глаза командора. Барон совсем с ума сошел, выводить из себя стихийного мага такой силы! Это только он тут чуть ли не всесильный и совсем бессмертный, а я очень даже легко убиваемая…

На плечи упал камзол.

– Не мерзни, – обронил Барон в ответ на мой удивленный взгляд.

– Вы… – Командор шагнул в помещение. Мне на нос спланировала хрупкая снежинка.

– Предотвратил преступный сговор с целью убийства, – не моргнув и глазом ответил Высший.

– Они едва живы! – рявкнул Бэйс. Вероятно, он забылся и просто не понимал, с кем разговаривает и на кого осмелился орать. Хотя вполне возможно, ему было все равно.

Бэйс был хорошим командором, он ценил своих людей. Он заботился о страже как мог.

– О, так, значит, все же выжили, – пробормотал Барон.

– Командор! – громко позвала я, нервно ерзая на стуле. – А правда ли, что достаточно сильный стихийник, пришедший в ярость, способен устроить метель в доме?

– Что?! – рявкнул Бэйс, готовый сорваться и на меня.

Я не испугалась, даже не вздрогнула почти, просто затараторила: