Читаем Эго и архетип полностью

Поскольку камень олицетворяет homo totus (всего человека), Дорн поступает последовательно, упоминая putissimus homo (истинного человека) при рассмотрении таинственной субстанции и ее кровавого пота, ибо в этом и состоит вся суть. Он заключает в себе тайну, а камень и его аналогия или прототип олицетворяют Христа в Гефсиманском саду. Этот «самый непорочный», или «самый истинный», человек, должно быть, именно таковым и является, подобно тому, как argentum purum является чистым серебром; он должен быть абсолютно человечным, то есть человеком, которому ведомо все человеческое и который обладает всеми человеческими качествами и в то же время не подвержен воздействию внешней скверны. Этот человек придет на землю только «в последние дни». Он не может быть Христом, ибо Христос своею кровью уже спас мир от последствий грехопадения. Здесь речь идет не о будущем Христе и salvatore microcosmi (спасителе микрокосма), а об алхимическом servator cosmi (хранителе космоса), который олицетворяет пока неосознанную идею целостного, совершенного человека и осуществит то, что оставила незавершенным жертвенная смерть Христа — освобождение мира от зла. Как и Христос, он будет выделять в виде пота спасительную кровь, но она <…> будет иметь «розовый цвет», то есть это будет не естественная или обычная кровь, а символическая кровь, психическая субстанция, проявление некоторой разновидности Эроса, которая объединяет индивида и неисчислимое множество людей под знаком розы и делает их единым целым[341].

Некая фигура — ангел с белым одеянием на коленях — склонилась над письмом. Правая рука ангела располагается на овальном песочного цвета камне, который лежит на молодой траве. Ангел пишет находящейся в сосуде кровью. Этот сосуд держит в руках мужская фигура, стоящая справа от ангела. Фигура держит этот сосуд в левой руке.