Читаем Дженни Герхардт полностью

Для открытого характера существует занятная метафора – он все равно что мед для мух. Туда ничего не нужно нести, но многим можно поживиться. Мужчины роятся вокруг мягкой, щедрой личности, обладающей прелестью и красотой. Эту щедрость, эту открытую натуру они чувствуют издалека. Для среднего мужчины такая девушка, как Дженни, подобна уютному очагу, она обещает им тепло после жгучего холода иных личностей. Их к таким тянет, они ищут у них сочувствия. И жаждут ими обладать. Неудивительно, что ей так надоедали.

Какое-то время она все же справлялась, пока однажды из Цинциннати не прибыл некий Лестер Кейн, сын крупного каретного фабриканта, весьма уважаемого как в городе, так и по всей стране бизнесмена, который привык наносить Брейсбриджам частые визиты. Дружил он скорее с миссис Брейсбридж, чем с ее мужем, поскольку та выросла в Цинциннати и до замужества нередко бывала в доме его отца. Она хорошо знала и мать Лестера, а также брата с сестрами, и во многих аспектах считалась членом семьи.

– Генри, завтра приезжает Лестер, – сказала миссис Брейсбридж мужу в присутствии Дженни. – Сегодня днем телеграмма пришла. Такой обормот! Я отдаю ему большую спальню наверху окнами на восток. Не будь букой, удели ему немного внимания. Его отец был ко мне очень добр.

– Знаю, – спокойно ответил ей муж. – Лестер мне нравится. В этой семье он дальше всех пойдет. Вот только безразличный он какой-то. Ничто его не волнует.

– Верно, но он такой милый. По-моему, один из самых милых мужчин, что я знаю.

– Я буду с ним вежлив. Я ведь всегда очень мил с твоими друзьями, правда?

– Конечно, правда!

– Что ж ты мне раньше-то не говорила? – сухо заметил он.

Когда столь знаменитая личность наконец явилась, Дженни ожидала увидеть человека делового и примечательного, в чем не осталась разочарована. В переднюю вошел, чтобы поприветствовать хозяйку, мужчина лет примерно тридцати шести, среднего роста, с ясным взглядом и твердым подбородком, подтянутый, энергичный и непосредственный. Он обладал глубоким звучным голосом, отчетливо разносившимся по дому и выдававшим его присутствие, даже когда сам обладатель голоса был не виден. Речь его была простой и отрывистой.

– А, вот и вы, – заговорил он. – Рад вас снова видеть. Как поживает мистер Брейсбридж? А Фанни?

Вопросы он задавал активно и с явной заинтересованностью, а хозяйка отвечала на них со всеми возможными быстротой и теплом.

– Рада вас видеть, Лестер, – сказала она. – Джордж отнесет ваши вещи наверх. Проходите ко мне в комнату, там нам будет удобней. Как ваш отец и Луиза?

Вслед за хозяйкой гость поднялся на второй этаж, и Дженни, слушавшая все это, стоя наверху лестницы, ощутила от его присутствия некое тепло. Ей казалось, хотя она и не могла объяснить почему, что приехавший был человеком истинно стоящим. В доме сделалось радостней. Хозяйка вела себя куда гостеприимней обычного. Чувство было такое, что каждый хочет как-то услужить визитеру.

Сама Дженни тоже взялась за работу с удвоенной энергией, хотя и не понимала отчего. В голове у нее крутилось имя. Лестер Кейн. Из Цинциннати. Время от времени она украдкой бросала на него взгляды и впервые в жизни ощутила к нему интерес как к собственно к мужчине. Такому большому, симпатичному, могучему. Интересно, чем он занимается? В то же время она слегка его побаивалась. Один раз она поймала его на том, что он пристально и прямо ее разглядывает. Внутренне вся сжавшись, она использовала первую же возможность, чтобы удалиться. В другой раз он даже попытался завести с ней беседу, но Дженни отговорилась тем, что нужна сейчас в другом месте. Он, однако, продолжал ее рассматривать, особенно когда она сама того не видит, и она постоянно чувствовала на себе его взгляд. Она знала, что стоит ей отвернуться, он тут же посмотрит в ее сторону, это заставляло ее нервничать. Она старалась убедить себя, что ничего такого не происходит, и однако всякий раз, когда по своим делам случалась от него неподалеку, была зачарована его пристальным взглядом. Ей хотелось поскорее убежать, хотя явной к тому причины не имелось.