Читаем Душегубы полностью

— Ну, не совсем так. Во-первых, вы еще не знаете, кому предлагать. Контакта с бандитами у вас нет. А во-вторых, если вы начнете их как-то искать самостоятельно — неважно с какими целями, — то можете нажить крупные неприятности и от них непосредственно, и от наших правоохранителей. Во всяком случае, сыну можете повредить.

— Понятно. Значит, я прав, вы навязываете мне свое посредничество? С комиссионными, естественно?

— Ну, знаете, — возмутился Иванцов, — в таком тоне у нас разговора не получится. Не знаю, может, вы у себя в Москве привыкли подобным образом беседовать с руководящими работниками, но здесь, извините, я этого допускать не намерен. Конечно, гостей гнать не принято; но и задерживаться я вас не попрошу…

Соловьев резко сдал назад. Соображалка у него работала.

— Извините, Виктор Семенович, это я сгоряча сказал. Я сейчас, видите, в очень нервном состоянии…

— Это я могу понять. Но вы уясните себе четко: ваш сын, мягко говоря, подозревается в совершении преступлений. Минимум два убийства. На него, это я вам в частном порядке говорю, материала предостаточно. Вполне можно выписывать постановление об аресте. И если вы сунетесь в обход меня, то при самом благоприятном исходе дела ваш Ваня попадет в тюрьму. А там ему, если вы чем-то бандитов рассердите, придется плохо. Поэтому первое и главное условие моего участия и помощи — все через меня. Предупреждение единственное, первое и последнее. Если обнаружу, что играете по своим правилам, все контакты с вами прекращу. А дальше все пойдет законным порядком. Принимаете такой порядок работы?

— Приходится принимать… — вздохнул Соловьев-старший. — Мне сын нужен живой. И свободный, как ни странно.

— Если будете свои эмоции с разумом согласовывать, не торопиться, не пытаться перехитрить, ручаюсь, что все будет нормально. Но придется проявить терпение и выдержку. Наверно, и кое-какие материальные издержки понадобятся.

— Вам лично сейчас ничего не нужно? — спросил Соловьев без особых церемоний.

— Мне лично — ничего. А вот области нашей спонсорская поддержка пригодилась бы. И вложения бизнесменов, даже отечественных, у нас приветствуются. Кстати сказать, могу бесплатно проконсультировать. И организовать небольшую встречу с нашим Главой. Очень полезную и взаимовыгодную.

— Но все-таки издержки будут?

— Вы, когда приобретаете товар, деньги платите? Платите. Это издержки или нет?

— Смотря как удастся реализовать…

— Правильно. Сможете все распродать по умеренной цене, пусть и с небольшим наваром — покроете издержки и будете с плюсом. Погонитесь за деньгой, завысите цену — прогорите. Примерно так и в нашем случае. Так что все будет от вас зависеть.

— А полюбопытствовать, во что вкладывать деньги придется, случайно нельзя?

— Я думаю, пока этот вопрос обсуждать не к спеху.

— Вы про выдержку и спокойствие говорили… — произнес Антон Борисович. Я чувствую, что мне их очень много потребуется. Мне ведь обычно быстро работать приходится. А у вас, как я понял, все не спеша, по-провинциальному решается.

— Поспешность нужна при ловле блох. Нам надо кое-что обдумать, прежде чем предложить что-то конкретное. Навести кое-какие дополнительные справки, кое-что уточнить и взвесить.

— Учтите, я не могу у вас тут ждать неограниченное время. У меня ведь дело все-таки.

— Ждать здесь необязательно. Вполне можете вернуться в Москву, успокоить супругу, сказать, что с Ваней все в порядке. Когда мы здесь у себя согласуем все вопросы, утрясем все нюансы, пригласим вас. Ручаюсь, что с вашим Ваней ничего за это время не произойдет.

— И сколько мне придется дожидаться вашего приглашения?

— Неделю, максимум — две.

— За это время можно слетать на Луну и обратно, — заметил Соловьев.

— Если у вас есть средства, — пожал плечами Иванцов. — Главное, чтоб мы могли с вами связаться вовремя. И само собой, чтоб уровень конфиденциальности соблюдался. Тем самым вы гарантируете своему сыну неприкосновенность.

— А все-таки ускорить процесс можно?

— Я уже сказал, Антон Борисович, при каких обстоятельствах нужна поспешность. Давайте расстанемся спокойно и без темных подозрений в неискренности.

— Вы прямо-таки за горло берете, Виктор Семенович. Абсолютно все на ваших условиях.

— Ничего не поделаешь. Все получилось неожиданно для нас. Надо, как говорится, лучше воспитывать подрастающее поколение. Если б ваш сынок вел себя так, как надо, то не вляпался бы во всю эту пакость и не подставил бы вас. Хотя, скажем прямо, в контактах с вами у нас заинтересованность появилась намного раньше. Мы восхищались тем размахом, который приняло ваше дело, и тем, какие хорошие отношения сложились у вас с московскими чиновниками. Вообще говоря, очень интересная тема для разработки ФСБ.

— Это, по-моему, элементарный блеф. У вас ничего по этой теме нет.