Читаем Дух старины полностью

«Обнимающий яшму»[215] появился в царстве Чу,Увидев, засомневались. Такое часто бывало с древних времен.Сокровище в конце концов отвергли,Напрасно он трижды подносил его государям.Прямое дерево[216] боится, что его срубят прежде других,Душистая орхидея[217] печалится, что ее сожгут первой.У того, что переполняется, Небо отнимает,Глубокую бездну Дао выравнивает.[218]В Восточном море[219] поплыть бы по лазурным водам,Над Западной заставой[220] взлететь бы пурпурным облаком,[Как] Лу Лянь и Придворный Летописец.[221]Я буду учиться их высоконравственному духу. 753 г.

37

Некогда вельможа из царства Янь[222] громко рыдал,И на пятую луну пал осенний иней.Простолюдинка воззвала к синему небу,Гром и ураган поразили циские дворцовые палаты.[223]Так тронула [Небо] их искренность,Что оно создало счастье из скорби.А я-то в чем виновен?Отодвинули меня от Златой палаты.[224]Наплывшая туча скрывает Пурпурные врата,[225]И трудно пробиться свету яркого солнца.Кучи песка хоронят чистую жемчужину,Сорные травы заглушают одинокое благоухание.С древности не смолкают подобные вздохи,Но слезы напрасно струятся по одежде.747 г.


* * *


Комментаторы улавливают здесь зашифрованные автобиографические реалии: «наплывшая туча»— могущественный евнух Гао Лиши, один из главных недругов Ли Бо, «яркое солнце» — император, в чьем имени Минхуан записан атрибут дневного светила (мин — свет, этот иероглиф состоит из двух конструктивных элементов — «солнце» и «луна»), «кучи песка» — мелкий, низкий люд, корыстно прилепившийся к сюзерену, «жемчужина» — отвергаемый этими ничтожествами высоконравственный «благородный муж» (т. е. сам поэт).

38

Одинокая орхидея выросла в мрачном саду,Сорные травы заглушили ее.Хотя весной сияет солнце,Она вновь загрустит под высокой осенней луной.Рано зашелестят падающие снежинки,[226]И зеленая краса, боюсь, исчезнет.Коль нет дуновения свежего ветерка[227]Для кого источается благоухание?730 г.

39

Поднимаюсь высоко, гляжу на все четыре моря окрест,[228]Сколь бескрайни небо и земля!Но осенью тьму предметов покрывает инейИ холодный ветер проносится по большой пустыне.Цветенье — что вода, утекающая на восток,Все десять тысяч вещей мира — что убегающие волны.Прячется последний луч белого солнца,Плывущая туча не задерживается на одном месте.На платане гнездятся ласточки и воробьи,В колючих кустах селятся Фениксы юани и луани.[229]Так что я возвращусь к себе[230] [в горы],Отбивая такт ударами по мечу,[231] спою о том, как трудны дороги[232] по миру.743 г., поздняя осень

40

Перейти на страницу:

Похожие книги

Герберт Уэллс
Герберт Уэллс

Герберт Уэллс (1866–1946) широко известен как один из создателей жанра научной фантастики, автор популярных, многократно экранизированных романов — «Война миров», «Машина времени», «Человек-невидимка», «Остров доктора Моро». Однако российские читатели почти ничего не знают о других сторонах жизни Уэллса — о его политической деятельности и пропаганде социализма, о поездках в СССР, где он встречался с Лениным и Сталиным, об отношениях с женщинами, последней и самой любимой из которых была знаменитая авантюристка Мария Будберг. Обо всем этом рассказывает писатель Максим Чертанов в первой русской биографии Уэллса, основанной на широком круге источников и дополненной большим количеством иллюстраций. Книга адресована не только любителям фантастики, но и всем, кто интересуется историей XX века, в которой Уэллс сыграл заметную роль.

Евгений Иванович Замятин , Максим Чертанов , Геннадий Мартович Прашкевич

Биографии и Мемуары / Критика / Прочая научная литература / Образование и наука / Документальное
Непонятый «Евгений Онегин»
Непонятый «Евгений Онегин»

Непонятый — это не шутка, не провокация. Но существует предубеждение: «Евгений Онегин» считается изученным вдоль и поперек. Это притом, что до сих пор нет мотивированных ответов на кардинальные вопросы.В книге рассматривается произведение в целом, в связях содержания с формой.Идут споры: заглавный герой — статичный или динамичный? Дана полная трехступенчатая эволюция героя, отражающая изменение первоначального замысла.В ходу пушкинская формула о «дьявольской разнице» между романом и романом в стихах. Сделана попытка понять эту разницу.Исследователи попытались датировать события романа. В книге показана нарастающая связь между художественным временем романа и временем историческим.Рассмотрено множество частных вопросов.

Юрий Михайлович Никишов , Юрий Никишов

Критика / Литературоведение