Читаем Драконы ночи полностью

– Он не может быть здесь, – Анфиса покачала головой. – Не может потому, что в то утро, когда все и произошло, он был в городе, это известно со слов Насти – подъехал к ним на улице, забрал ее, матери денег сунул на пропой, потом поехал…

– К реке, на пляж, где и оставил машину, повел девочку к отелю.

– Вот! А наши все, кто подходит по приметам, были тут!

– Кто же, по-твоему, подходит по приметам?

– Тут охранников полно, обслуги – повара там, слесари-сантехники, портье, и все как раз возраста примерно среднего или даже моложе… Например, Хохлов подходит. У него машина-иномарка. И Зубалов, у них с женой тоже иномарка, они на ней и приехали. Зубалов, правда, не в бейсболке щеголяет, а в панамке английской в клеточку. Наверняка в Лондоне себе купил.

Интересно, зачем они с женой Дашу к себе в номер зазвали… Слушай, я вот что еще подумала: тот тип с машиной и в бейсболке, он, что же получается, неплохой художник?

– Судя по рисунку, да. Шапкин это особо подчеркнул.

– Ну вот и еще одна важная примета, – Анфиса посчитала по пальцам. – Все равно негусто.

– Все, кто в городе профессионально рисует, будут проверяться, возможно, уже проверяются негласно.

– Я третьего дня наблюдала, как Маруся Петровна что-то чертила на бумаге, – хмыкнула Анфиса. – Ее тоже, значит, проверят? Или только мужиков? А ты видела, как она на Настю смотрела? Как на зомби… До конца мы ее убедили, или она до сих пор не верит глазам своим, сомневается? Что она плела нам про платье розовое, помнишь? А на поверку оказалась какая-то драная розовая курточка, вся в пятнах. Вот что такое человеческое восприятие и фантазия. Видишь, и вспоминаешь, чего и не было никогда. Так, возможно, с ней и в детстве было… ну, в ту ночь… Слушай, а ты Шапкину про Марусю Петровну сказала?

– Нет.

– И правильно. Зачем? Он ее за такие показания пошлет, пожалуй. У него видок такой – посылающий далеко и надолго.

– Он, кажется, в Иду влюбился.

– Он? Этот? – Анфиса всплеснула руками. – Он что, умом тронулся? Нашел время. Вообще, откуда ты знаешь?

– Он меня просил замолвить за него словечко ей.

– И не вздумай. На черта он Идке сдался? Она вон все на иностранцев охотится. Ей такой мужик, как он, до лампы и… Слушай, а когда он опять здесь будет?

Катя пожала плечами. Ей казалось, что у Шапкина сейчас столько работы, что увидеться им в ближайшее время вряд ли суждено. Но она, как всегда, ошиблась.

Когда около девяти часов вечера под звуки джаза они с Анфисой спустились в бар, первого, кого они там увидели, был Роман Васильевич Шапкин. Он вернулся в «Дали». И вернулся совершенно преображенный – в черном костюме, в белой рубашке с небрежно завязанным «а-ля Жириновский» аляпистым галстуком. Он сидел за стойкой бара, тянул рюмку и то и дело оглядывался на дверь.

Катя (ее такая прыть и такой, как ей показалось, профессиональный пофигизм крайне покоробили: в городе ЧП, а он в баре завис!) направилась к нему. Анфиса предусмотрительно отстала, чтобы не мешать их общению на «милицейской волне».

– Вы что же, опять тут?

– А, это ты… Голубка, выпьешь со мной? Эй, шеф, – он кивнул бармену, – чего-нибудь налей девушке…

– Благодарю, я не пью, а вы… Где девочка?

– Спит. В дом ребенка пока ее устроил. А мамаша у нас в отделе сейчас кантуется.

– И что, есть новости?

– Фотороботы со слов обеих составляли – семь потов с эксперта нашего Сашки Мукомольникова сошло, а результат вот – полюбуйся, голубка. – Шапкин, дыша алкоголем, извлек из кармана пиджака листы.

С них на Катю глядели две какие-то СОВЕРШЕННО РАЗНЫЕ рожи, правда, обе в бейсболках, низко надвинутых на глаза.

– Так вот Тамарка обрисовала незнакомца. А так вот Настюшка «дяденьку», – хмыкнул Шапкин.

– Но это же разные люди! Как же это возможно…

– Так и возможно. Я тут слыхал по радио, по одному делу прокуратура гипнотизера себе вызывает. Нам, что ли, попробовать, а?

– У вас тут в городе давным-давно убили гипнотизера, – сказала Катя, сравнивая фотороботы: нет, ничего общего! Как работать с такими данными?

– А, слышала, значит… Было такое дело в нашем Двуреченске. Весьма занятное дельце, памятное до сих пор. Ну, твое здоровье?

– Роман Васильевич, а по убийству что? Там есть хоть что-то?

– Повторную комплексную экспертизу назначили. – Шапкин оставил рюмку, нахмурился. – Что-то мудрят спецы, химичат, что-то там не сходится. Мы без их данных как слепые торкаемся, а они концы с концами никак не могут свести.

– Мальчик, он… Факт изнасилования подтвердился?

– Нет.

– Нет? То есть… как это?

– В таких делах основа основ данные судмедэкспертизы, – сказал Шапкин. – Я это по собственному опыту знаю. А те данные, которые они мне сегодня прислали, другим данным, собранным по делу, противоречат. Напрочь перечеркивают их. Поэтому я делаю вывод, что либо спецы что-то напортачили, либо… Пусть заново все проверяют, мы других экспертов привлекли, если надо – в Питер пошлем образцы, в Москву.

– А что конкретно там не так?