Читаем Драконы ночи полностью

Сотрудники милиции, эксперт, патологоанатом, следователь прокуратуры, Шапкин, Поливанов, оперативники, местный прокурор окружили промоину, заслонив ее от Кати. Потом они занялись каждый своим делом – без эмоций, без «охов», почти механически, как роботы. Она была свидетельницей всего осмотра. Но в памяти ее потом от всего этого долгого кропотливого профессионального действа сохранились лишь некоторые фрагменты.

Ноги, обутые в кроссовки…

Черный земляной жук, впившийся в его шею под левым ухом – когда тело повернули на бок…

Жука снял и раздавил Роман Шапкин. Еще одного жука эксперты достали пинцетом из мертвого рта. Тварь сучила лапками, извивалась, тщетно пытаясь вырваться и продолжить свой пир – пир падальщика.

Катя не выдержала и отвернулась. Но затем, немного отдышавшись, оправившись, заставила себя смотреть дальше. Она явилась сюда не ради любопытства. Она должна была понять, что произошло. Но видеть ЭТО ВСЕ было выше ее сил.

Запекшаяся кровь в волосах…

Много крови и вокруг – на хвое, на листьях…

Восемь лет, всего восемь лет… Здесь, в лесу, у НЕГО было уже мало общего с тем портретом, что был расклеен по всему городу: улыбка, щербатые детские зубы. Здесь со всем этим – живым – было уже мало общего.

Тяжелый трупный запах, казалось, пропитал все вокруг, весь этот тихий застывший в ступоре заколдованный лес.

– Раны на голове – в теменной и затылочной области, – надиктовывал в диктофон патологоанатом. – При первоначальном визуальном осмотре отмечено… Фрагменты мозгового вещества… осколки костей черепа…

– Голову разбили…

– Было нанесено три удара по голове тупым твердым предметом с большой силой, – продолжал патологоанатом.

– Такому маленькому и одного хватило бы…

– На тыльной стороне левой кисти – царапина длиной около пяти сантиметров. Ну-ка, товарищи, давайте перевернем его осторожно на живот.

Шапкин, оперативники и эксперт перевернули тело.

– Одежда в пятнах крови, но каких-либо повреждений – разрывов, отверстий не имеет. Надо снять с него куртку. Или нет, подождите, лучше ее разрезать вот так вдоль, – патологоанатом показал жестом.

– Брюки на нем надеты, трусы, – сказал Шапкину Поливанов. – Все вроде на месте, а, Рома?

– Это ничего не значит. Надо смотреть, – резко ответил тот.

– Не только смотреть, экспертизу будем проводить, – патологоанатом склонился над трупом.

– Был половой контакт с ним? – спросил Шапкин.

Патологоанатом попросил снова перевернуть труп. Очень внимательно с помощью инструментов и карманного фонарика исследовал рот мальчика, подбородок. Взял из ротовой полости несколько мазков.

– Ну? Был ведь? – Шапкин выпрямился.

– Не могу сейчас сказать ничего конкретного. Будем проводить исследование. Весь собранный материал, в том числе и генетику, отправим в областную лабораторию.

– А давность смерти какова? – Это спросил следователь прокуратуры, занятый протоколом, едва поспевавший записывать.

– Предположительно не менее трех суток.

– Ну, время его пропажи мы точно знаем, – перебил Поливанов. – Что ж, выходит, его прямо сразу… взяли от остановки автобуса, привезли сюда и тут умертвили?

– Максимально точное время смерти установит только экспертиза. Надо узнать у его отца, что он ел. – Патологоанатом аккуратно паковал образцы проб на анализ. – Будем, как обычно, гистологию проводить, исследовать остатки пищи в его желудке…

– Сюда дорога из города только одна. – Поливанов отряхнул руки. – По сути, эта дорога на базу.

– До Елманова здесь тоже недалеко – если через лес напрямик. – Эксперт, с которым ехала Катя, выключил видеокамеру. – А ведь туда они с отцом и собирались.

– В отсутствие взрослых кто-то мог предложить мальчику подбросить его до Елманова. Он мог сам упомянуть об этом в разговоре с кем-то, что, мол, едет в Елманово к бабушке. Да и догадаться было нетрудно – дело ведь на остановке автобуса происходило, – следователь наконец-то закончил протокол, – а маршрут автобуса известен.

– Но сюда в сторону базы автобус не поворачивает, – возразил Поливанов.

– Но проехать и тут можно, правда, это крюк солидный. Мальчику могли пообещать подбросить его попутно. И потом не забывайте – он ведь не так уж и давно в городе, до этого он все время с матерью жил, и откуда ему знать, какие тут дороги и как можно куда проехать. К тому же учтите возраст его – ему всего девятый год пошел. Так что если это был кто-то, кого он раньше знал, кому доверял, то сесть к такому человеку в машину он мог запросто.

– Рома, ты-то что все молчишь? – снова спросил Шапкина Поливанов. – Он вряд ли сюда пешком пришел, на машине его сюда умыкнули. Кто-то свой привез, с кем он ехать до Елманова не побоялся. Кто-то из соседей по дому, а?