Читаем Драконы моря полностью

Епископ, который казался главным и которого именовали епископом святого Эдмунда Бэри, обратился к Торкелю, Гудмунду и к тем остальным викингам, которые пожелали его слушать. Наступили злые времена, промолвил он, и великая скорбь охватила Господа нашего, Иисуса Христа, и Его Святую Церковь, ибо люди не ведают, как жить в мире, терпимости и любви друг к другу. К счастью, продолжал он, отныне в Англии правит король, который ценит мир превыше всего, вопреки всем искушениям власти и легионам доблестных воинов, которые лишь ожидают его приказа. Он предпочитает заслужить любовь своих врагов, нежели сокрушить их огнем и мечом. Король Этельред считает норманнов отважными молодыми людьми, которые сами не ведают, чего они хотят, и нуждаются в совете. После того, как он посовещался со своими мудрейшими советниками, он решил не выступать против них с войском и не предавать их огню и мечу, но смиренно показать им ошибочность и греховность выбранного ими пути. Поэтому он приказал своим посланникам разузнать, можно ли склонить храбрых вождей с севера к миру и убедить их сойти с той опасной тропы, на которую они ступили. Король Этельред просит их вернуться на свои корабли и покинуть его берег, дабы пребывать в собственной стране в мире и согласии. И дабы содействовать им в этом и заручиться навсегда их дружбой, он готов преподнести им такие дары, которые они примут с радостью и благодарностью. Королевская щедрость, верит он, смягчит их молодые сердца, и они возлюбят Господа и заповеди Иисуса Христа. Если это случится, радость короля Этельреда пребудет безграничной, и он еще больше возлюбит их.

Епископ был беззубым от старости, и немногие викинги смогли понять, что он говорил, но его слова были переведены им одним сведущим священником из свиты, и все, кто услышал их, вскочили на нога в замешательстве. Гудмунд сидел на бочке с пивом, чуть пьяный и довольный, натирая до блеска маленький золотой крест. Когда ему объяснили слова епископа, он принялся раскачиваться взад и вперед от удовольствия. Он крикнул Торкелю, чтобы тот не тратил попусту время на ответ.

Итак, Торкель ответил подобающим предводителю образом. Он сказал, что то, что они сейчас услышали, без сомнения, заслуживает того, чтобы они обдумали это предложение. Король Этельред уже давно знаменит в Датском королевстве, но оказалось, что он заслуживает еще большей славы, чем та, которая всем известна. И его предложение преподнести им дары лишь подтверждает его достоинства, о которых они давно осведомлены.

— Ибо, — продолжал он, — как мы сказали ярлу Биртноту, когда разговаривали с ним у реки, вы богаты, а мы бедны. И мы будем вашими друзьями, если вы поделитесь добром с нами. Отрадно слышать, что король Этельред разделяет наши мысли. Отрадно видеть и то, что он богат, могуществен и исполнен мудрости. Но нам еще но сообщили, много ли добра он желает предложить нам, ибо нам нужно много, дабы с радостью и благодарностью покинуть эту страну. Я полагаю, что среди даров должно быть много золота и чеканного серебра, ибо ему будет легче пересчитать добро, а нам будет легче увезти его домой. Когда все будет решено, мы будем довольны, если король позволит остаться нам здесь на некоторое время, дабы мы взяли в этой округе все нам необходимое. Есть человек, помимо меня и Гудмунда, у которого найдется что сказать об этом предложении. Этот человек — Йостейн. Его сейчас нет здесь, ибо он ушел в поход со своими людьми, и пока он не вернется, мы не вправе решать, какими должны быть дары короля Этельреда. Но мне хотелось бы знать одно: есть ли среди вас священник, искусный во врачевании, ибо, как вы видите, у меня повреждена рука.

Младший епископ ответил, что с ними находятся два человека, сведущие в искусстве исцеления, и он будет рад попросить их помочь Торкелю. Но он просит, чтобы в ответ на эту услугу Торкель позволил спуститься людом из башни и разойтись беспрепятственно по домам. Ибо ему тяжело, сказал он, созерцать их там, наверху, мучимых голодом и жаждой.

— Что касается меня, — ответил Торкель, — то я им уже говорил, что они могут спуститься вниз, как только пожелают. С тех пор, как захватили город, мы пытаемся убедить их, но они противятся нашим уговорам и даже сломали мне руку. Наши условия таковы: половину того, что у них есть там, в башне, они должны отдать нам. Это малая плата за ту рану, которую они мне нанесли, и за все хлопоты, которые они нам доставили. Когда они выполнят это условие, они могут идти куда им заблагорассудится.

Вскоре после этого люди спустились с башни: они были бледными и истощенными. Некоторые из них с плачем бросились к ногам епископа, в то время как остальные жалобно молили, чтобы им дали воды и хлеба. Люди Торкеля были удручены, когда не нашли много добычи в башне, но тем не менее они дали им еды и не причинили зла.