Читаем Драконы моря полностью

Случилось так, что Орм принес некоторым людям на башни ковш с водой. Среди них был маленький лысый человек в облачении священника, у которого был длинный нос и красный шрам на лбу. Орм с изумлением смотрел на него, затем подошел и тронул того за плечо.

— Рад тебя видеть, — сказал он, — мне есть за что поблагодарить тебя с тех пор, когда мы последний раз виделись. Но я не думал, что встречу королевского целителя в Англии. Как ты попал сюда?

— Я попал сюда из башни, — яростно отрубил брат Вилибальд, — где вы, язычники и берсерки, принудили меня провести две недели.

— Мне есть о чем поговорить с тобой, — сказал Орм. — Пойдем со мной, я дам тебе еды и питья.

— Мне не о чем с тобой говорить, — ответил брат Вилибальд. — Чем меньше я вижу данов, тем это полезнее для меня. Это я себе наконец уяснил. Я найду себе мяса и питье где-нибудь в другом месте.

Орм боялся, что маленький священник во гневе бросится прочь и ускользнет от него, поэтому он поднял его и унес, пообещав не причинить ему зла. Брат Вилибальд усердно сопротивлялся, требуя, чтобы его опустили на землю, и поведал Орму, что проказа и ужасные язвы покарают того, кто поднял руку на священника. Но Орм не обращал внимания на его недовольство и внес его в дом, в котором сейчас жил он, несколько раненых из его отряда и две старые женщины.

Было ясно, что маленький священник очень голоден, по когда перед ним поставили мясо и напитки, он некоторое время сидел, горько глядя на блюдо и кубок, и не прикасался к ним. Затем он вздохнул, пробормотал что-то, перекрестил пищу и с жадностью принялся за еду. Орм наполнил его кубок пивом и терпеливо ждал, пока брат Вилибальд утолит свой голод. Крепкое пиво не подействовало на него, ибо суровости в его словах не поубавилось, но все же он отвечал на расспросы Орма и через некоторое время говорил ужо с прежней запальчивостью.

Вместе с епископом Поппо, поведал он, ему пришлось бежать из Дании, когда жестокий нехристь, король Свейн вошел в Еллинге, дабы прогнать оттуда слуг Господних. Больной и дряхлый епископ живет отныне в Вестминстерском аббатстве, оплакивая неудачу своего служения на севере. Брат Вилибальд же считал, что оплакивать нечего, ибо все, что случилось, есть знамение Божие священникам, епископам и всем добрым христианам, дабы они оставили свои усилия обратить, в христианство язычников севера и позволили им вместо этого погубить друг друга. Что касалось самого брата Вилибальда, то у него никогда не возникало искушения обратить кого-нибудь в тех краях, и он готов провозгласить это перед Крестом, на котором был распят Иисус, в присутствии всех, кто пожелает его услышать, вплоть до самого архиепископа Бремена.

Его глаза мерцали, он осушил кубок, причмокнул губами и заметил, что пиво более питательно, чем мясо, для истощенного голодом человека. Орм наполнил вновь его кубок, и он продолжил свое повествование.

Когда епископ Поппо услышал, что датские викинги причалили к восточному побережью Англии, он пожелал узнать, как обстоят дела в Датском королевстве, живы ли еще христиане, правдивы ли слухи, что король Харальд умер, и много чего другого. Но епископ был слишком слаб, чтобы самому отправиться в путешествие из Вестминстера, поэтому вместо себя он послал брата Вилибальда, дабы он собрал все необходимые сведения.

— Ибо епископ сказал мне, что они вряд ли причинят мне зло и радушно примут благодаря моим знаниям и умению исцелять людей. Кроме того, наверняка найдутся люди, которые встречали или знали меня при дворе короля Харальда. У меня было своё мнение, но епископ слишком хорош для этого мира и знает вас хуже, чем я. Но не подобает противоречить епископу, я поступил так, как он просил. Однажды вечером я приехал в этот город, очень устал и после торжественной вечерни лег спать в церковном доме. Затем я проснулся от крика и от густого дыма, мимо меня пробегали полуодетые мужчины и женщины, вопя, что полчища дьяволов обрушились на нас. Я увидел не дьяволов, а гораздо более грозных врагов рода человеческого, и мне не пришло в голову учтиво обратиться к ним и передать приветствия епископа Поппо. Итак, я вместе с остальными обратился в бегство и укрылся в башне собора, где бы я и умер вместе со всеми, если бы Господь не освободил нас в этот святой день Троицы.

Он скорбно покачал головой и взглянул на Орма усталыми глазами.

— Все это произошло четырнадцать дней назад, — промолвил он, — и с тех пор я почти не спал. У меня слабое тело… нет, не слабое, пока в нем жив сильный дух. Но и сила не безгранична.

— Ты поспишь позже, — сказал нетерпеливо Орм. — Знаешь ли ты, что случилось с Ильвой, дочерью короля Харальда?

— Не более того, — ответил брат Вилибальд, — что если она как можно скорее не сойдет с неправедного пути, то сгорит в адском огне за бесстыдство духа и жизнь греховную. Но ни одна дочь короля Харальда не сойдет с однажды выбранного ею пути.

— Ты к тому же ненавидишь наших женщин: — спросил Орм. — Какой вред она причинила тебе?