Читаем Досье Дрездена полностью

Мы были в квартире Томаса. Сам Томас растянулся в откидном кресле. Отвратительная хай-тековская квартира из полированной стали, суперстильный интерьер, слегка смягчённый оконными шторами и несколькими декоративными причиндалами — явно рука Жюстины. Томас, как и большинство мужчин, всегда считал, что декоративная подушка — это то, что можно метко бросить.

Одна из них только что отскочила от моей груди.

— Неплохо бы включить обаяние, Гарри, — буркнул Томас.

Я прикрыл трубку ладонью:

— Поверь мне, вежливостью от этих людей ничего не добьёшься.

И снова проговорил в трубку:

— Нет. Не на этой линии. Она прослушивается. Просто скажите ему, что в течение часа с ним лично или с поверенным высокого ранга хочет поговорить Пончик-Бой.

Томас прошептал что-то нелицеприятное, показывая мне непристойный жест. Я швырнул подушку обратно в него.

— Можете не извиняться, — сказал я. — Он может явиться сюда, если он того действительно захочет, и мы оба это прекрасно знаем. Перезвоните мне по этому номеру.

Я бросил трубку.

— Недавно кто-то говорил, чтобы я не сжигала мосты, — сидя на полу, пробурчала Молли. — Гарри, не знаешь, кто бы это мог быть?

— Бла-бла-бла, — огрызнулся я. — Не учи учёного, Йода знает, что делает.

Повернувшись к Томасу я спросил:

— Сколько жучков у Лары в этом доме?

— Гарри, — сказал Томас возмущённым тоном, который был слишком хорошо мне знаком и предназначался для меня. — Я её брат. Она бы никогда не повела себя так по отношению к её собственной плоти и крови, к её собственному виду, к её дорогому брату.

Я прорычал:

— Сколько?

Он пожал плечами:

— Их число постоянно меняется. Новые появляются, когда меня нет дома.

Я хмыкнул. Положил телефон на стол, отключил его и схватил перечницу. Насыпал вокруг телефона круг из перца и замкнул его мягким усилием воли.

— Ты нуждаешься в деньгах, верно?

— Точнее, в деньгах Лары.

— Отлично, — сказал я, и прошептав: «Hexus», высвободил вспышку воли, которая сожгла всю электронику в радиусе пятидесяти футов. Все лампочки в квартире перегорели в то же мгновение.

Томас застонал, но возмущаться не стал.

— Кузнечик, — окликнул я.

— Поняла, — ответила Молли. Она поднялась на ноги, нахмурилась, почти закрыв глаза, и начала медленно прохаживаться по квартире.

Пока она этим занималась, я разрушил круг, смахнув перец рукой, и снова включил телефон.

— Если ты собирался это сделать, — спросил Томас, — почему было не сделать это прежде, чем ты своим телефонным звонком поставил на уши каждого члена службы безопасности Лары?

Я поднял руку, призывая к тишине, и подождал, пока Молли не пройдёт до прихожей и обратно.

— Ничего, — сообщила она.

— Никаких подслушек? — спросил Томас.

— Никаких, — подтвердил я. — У того, кто пришёл без приглашения, не будет даже возможности воткнуть микрофон. И поскольку ты никого не приглашал…

Я нахмурился:

— Молли?

— Я этого не делала, — поспешно ответила та.

…то никто не мог подслушивать нас, — закончил я. — А я хотел, чтобы люди Лары знали, кому я звонил. Когда они попытаются отследить его входящий звонок, то вскоре выдадут своё присутствие, и он будет предупреждён о том, как они работают.

— Это была оплата, — сказал Томас.

Я пожал плечами:

— Назовём это дружественным жестом.

— За счёт моей сестры, — заметил Томас.

— Лара уже большая девочка. Она поймёт. — Я задумался над происходящим и сказал:

— Всем оставаться спокойными. Сейчас кое-что должно произойти.

Томас нахмурился:

— Например?

— Кот Ситх, — произнёс я спокойным голосом. — Если тебя не затруднит, то ты мне нужен!

Послышался гудящий звук, будто тяжёлый занавес раздуло сильным ветром, а затем из новых теней, сгустившихся под обеденным столом Томаса, раздался нечеловеческий голос малка:

— Я здесь, сэр Рыцарь.

Несмотря на предупреждение, Томас вздрогнул и неизвестно откуда достал крошечный полуавтоматический пистолет. Молли резко вздохнула и начала отступать прочь от места, из которого раздавался голос, пока спиной не упёрлась в стену.

Весьма вероятно, что я слегка недооценил, насколько тревожащим может быть голос малка. Очевидно, я слишком много времени провёл в окружении жутких вещей.

— Полегче, — сказал я, протягивая руку к Томасу. — Это Кот Ситх.

Молли что-то пробормотала.

Я взглядом призвал её к тишине и обратился к Томасу:

— Он работает со мной.

Кот Ситх подошел к краю теней так, что стал виден его силуэт. Его глаза отражали свет от окон, которые были полностью занавешены.

— Сыр Рыцарь. Чем я могу вам помочь?

— Голод мне в глотку, он разговаривает, — выдохнул Томас.

— Как? — спросила Молли. — Здесь надёжный порог. Как он смог просто войти сюда?

И это был вполне разумный вопрос, учитывая, что Молли была не в курсе о прежних услугах по уборке моей старой квартиры и о том, как это взаимодействовало с порогом.

— Созданиям Феерии совсем необязательно быть приглашёнными, чтобы переступить порог, — ответил я. — Если они доброжелательны к обитателям дома, то они прекрасно могут просто войти.

— Постой, — сказал Томас. — Эти уродцы могут входить и уходить когда им пожелается? Прямиком из Небывальщины? И ты не рассказал нам об этом?