Читаем Дочь Галилея полностью

В. Какое решение было принято, а затем представлено ему в месяце феврале 1616 года?

О. В месяце феврале 1616 года господин кардинал Беллармино сказал мне, что, поскольку мнение Коперника, принятое абсолютно, противоречит Священному Писанию, его не надо придерживаться или защищать, но что его можно рассматривать и использовать гипотетически. В согласии с этим, я имею свидетельство самого господина кардинала Беллармино, сделанное в месяце мае, 26 числа, 1616 года, в котором он говорит, что учения Коперника не следует придерживаться, его нельзя защищать, поскольку оно против Священного Писания. Я имею копию этого свидетельства, вот она.

И засим он показывает лист бумаги, исписанный с одной стороны, примерно в 12 строк, начинающийся словами: “Мы, кардинал Роберто Беллармино, имеем.” и заканчивающийся: “26 мая 1616 г.”, что и принято как свидетельство и помечено как письмо “Б”. Затем он добавляет: “Оригинал этого свидетельства я имею с собой в Риме, и он полностью написан рукой кардинала Беллармино”.

В. Когда он был поставлен в известность обо всех вышеупомянутых обстоятельствах, присутствовали ли там другие люди, и кто это были?

О. Когда господин кардинал Беллармино беседовал со мной относительно мнения Коперника, при этом присутствовали несколько отцов-доминиканцев; я не знаю их и с тех пор их не видел.

В. Названные отцы, присутствовавшие в то время, или какие-то другие лица давали ему указания какого то ни было рода по тому же предмету, и если да то какие?

О. Насколько я припоминаю, дело обстояло следующим образом: однажды утром господин кардинал Белдармино послал за мной и сказал мне в приватной беседе кое-что, что я бы предпочел повторить только на ухо Его Святейшеству и никому более; но в конце разговора он сообщил мне, что мнения Коперника не следует придерживаться и его нельзя защищать, поскольку оно противоречит Священному Писанию. Что касается тех отцов-доминиканцев, то я не помню, были ли они там с самого начала или же пришли позже; не могу я также вспомнить, присутствовали ли они, когда кардинал говорил мне, что этого мнения не следует придерживаться. Очень возможно, что ими также было дано подобное указание, чтобы я не придерживался и не защищал сие мнение, однако наверняка я не помню, потому что это было много лет назад.

В. Может быть, если ему зачитают, что ему тогда было сказано и в чем состояло указание, он припомнит сие?

О. Я не помню, чтобы мне говорили что-то еще, и не знаю, смогу ли я вспомнить, что мне было затем сказано, даже если мне сие зачитают; и я заявляю открыто, что я точно помню, а потому утверждаю, что не нарушал никаких указаний - то есть соблюдал предписание не придерживаться и не защищать вышеупомянутое мнение о движении Земли и неподвижности Солнца никоим образом.

И было сказано, что названное указание, данное ему в присутствии свидетелей, утверждало, что он не должен никоим образом придерживаться, защищать или распространять сие учение, и его спросили помнит ли он, как и кем было дано это указание».

Теперь уже допрашивающие ссылались на памятную записку Святой Инквизиции от 1616 г., содержавшую многочисленные статьи, в которых упоминалось имя Галилея, хотя в то время его и не вызывали лично в палаты Инквизиции. Напротив даты 25 февраля 1616 г., например, была сделана краткая запись: «Его Святейшество [папа Павел V] приказал достопочтеннейшему кардиналу Беллармино вызвать упомянутого Галилея и посоветовать ему отказаться от названного мнения; а в случае отказа подчиниться генерал-инквизитор в присутствии свидетелей должен дать ему указание воздержаться от распространения или защиты сего учения и мнения, и даже от его обсуждения; а в дальнейшем, если упомянутый Галилей не уступит, надлежит поместить его в заключение».

Далее на той же странице была сделана запись, датированная 26 февраля:

«Во дворце и резиденции кардинала Беллармино вызванный туда Галилей, в присутствии кардинала и преподобного отца Микеланджело Сегицци из Лоди, члена ордена проповедников и генерал-инквизитора, получил совет признать ошибочным мнение Коперника и был предупрежден о необходимости отказаться от него немедленно и безотлагательно. Предупреждение сие было сделано вышеупомянутому Галилею от имени Его Святейшества Папы и от лица всей Святой Инквизиции, а названное ошибочное мнение заключается в том, что Солнце является центром Вселенной, а Земля движется. И с этого момента Галилей не может никоим образом распространять или защищать сие утверждение словом или писанием; в противном случае генерал-инквизитор предупреждает Галилея, что Святая Инквизиция предпримет против него соответствующие действия».


Суд над Галилеем. Лувр, Париж

Перейти на страницу:

Похожие книги

10 гениев науки
10 гениев науки

С одной стороны, мы старались сделать книгу как можно более биографической, не углубляясь в научные дебри. С другой стороны, биографию ученого трудно представить без описания развития его идей. А значит, и без изложения самих идей не обойтись. В одних случаях, где это представлялось удобным, мы старались переплетать биографические сведения с научными, в других — разделять их, тем не менее пытаясь уделить внимание процессам формирования взглядов ученого. Исключение составляют Пифагор и Аристотель. О них, особенно о Пифагоре, сохранилось не так уж много достоверных биографических сведений, поэтому наш рассказ включает анализ источников информации, изложение взглядов различных специалистов. Возможно, из-за этого текст стал несколько суше, но мы пошли на это в угоду достоверности. Тем не менее мы все же надеемся, что книга в целом не только вызовет ваш интерес (он уже есть, если вы начали читать), но и доставит вам удовольствие.

Александр Владимирович Фомин

Биографии и Мемуары / Документальное
След в океане
След в океане

Имя Александра Городницкого хорошо известно не только любителям поэзии и авторской песни, но и ученым, связанным с океанологией. В своей новой книге, автор рассказывает о детстве и юности, о том, как рождались песни, о научных экспедициях в Арктику и различные районы Мирового океана, о своих друзьях — писателях, поэтах, геологах, ученых.Это не просто мемуары — скорее, философско-лирический взгляд на мир и эпоху, попытка осмыслить недавнее прошлое, рассказать о людях, с которыми сталкивала судьба. А рассказчик Александр Городницкий великолепный, его неожиданный юмор, легкая ирония, умение подмечать детали, тонкое поэтическое восприятие окружающего делают «маленькое чудо»: мы как бы переносимся то на палубу «Крузенштерна», то на поляну Грушинского фестиваля авторской песни, оказываемся в одной компании с Юрием Визбором или Владимиром Высоцким, Натаном Эйдельманом или Давидом Самойловым.Пересказать книгу нельзя — прочитайте ее сами, и перед вами совершенно по-новому откроется человек, чьи песни знакомы с детства.Книга иллюстрирована фотографиями.

Александр Моисеевич Городницкий

Биографии и Мемуары / Документальное