– Я не верю, я знаю, – заявил Олег Дмитриевич. – Они существуют, это абсолютно точно. Не факт, что они инопланетяне, есть версия, что они приходят из параллельных миров, а может, из будущего, этого никто толком не знает.

– А что они хотят? – спросил Костя.

Олег Дмитриевич пожал плечами.

– Не знаю, – сказал он. – Ими КОБ занимается, а эти люди никому ничего не рассказывают. Да и сами, похоже, не знают толком. Как-то довелось водку пить с одним из этих, из кобнюков, разговорились, их тоже, бывает, по пьяни на откровенность пробирает. Тогда у него еще какие-то проблемы были в семье, не знаю, какие, он не сказал… В общем, разоткровенничался. Как раз эта статья в «Богомольце» вышла, помнишь?

Костя помотал головой. До появления в его жизни Инны он совсем не интересовался пришельцами, он считал их выдумкой желтой прессы.

– Тогда об этом все говорили, – продолжал Олег Дмитриевич. – Я тоже к нему приставать начал, просто так, в шутку, я не думал, что он что-то расскажет, а он вдруг ни с того ни с сего как начал рассказывать…

Олег Дмитриевич замолк.

– И какие они, инопланетяне? – спросил Костя. – Что они от нас хотят? Землю завоевать?

– Непохоже, – ответил Олег Дмитриевич. – Он мне так сказал: «Если бы хотели – завоевали бы». Я так понял, они у нас вроде как развлекаются.

– Пикник на обочине?

– Что-то подобное, только почти без ужасов. В КОБ есть специальное управление, особо секретное, о нем почти никто не знает, кроме самих кобнюков, это управление как раз с пришельцами борется. Находят, ловят, у них специальный институт есть, опыты всякие ставят…

– А что, пришельцы опасны? – спросил Костя.

– Вроде да, – ответил Олег Дмитриевич. – Я сам точно не помню, я ведь тоже пьян был. Что-то смутно помню про каких-то мух инопланетных… Помнишь, в газетах писали, самолет случайно сбросил бомбы около столицы? Тогда какое-то фермерское поле выгорело полностью. Вроде это тоже пришельцев бомбили…

Олег Дмитриевич налил еще, с сомнением поглядел на бутылку и решительно убрал ее в бар.

– Хватит, хорошего понемножку, – заявил он. – Накачу, и за дело. Я тебе позвоню, может, сегодня после обеда, может, завтра. С площадями вопрос вроде утрясли, начинаем разворачивать производство. Тебе надо съездить посмотреть глазами, что там как, может, надо что-то доделать срочно…

– Да что там доделывать? – удивился Костя. – Я там был уже позавчера, все готово к старту. Я уже сегодня собираюсь биореактор запускать. Надо только домой за закваской заехать.

– Ну давай, удачи тебе, – сказал Олег Дмитриевич и ободряюще улыбнулся.

5

– Владимир Яковлевич вас ждет, – сказал секретарь.

Саша вежливо кивнул ему и прошел по ковровой дорожке к звуконепроницаемой двери, за которой начинался кабинет председателя. Надо собраться, сконцентрироваться, предстоит самый важный разговор в его жизни, а мозг никак не хочет перестраиваться, потому что этот майор Чарский… Сейчас бы засесть в тихом месте, обдумать ситуацию не торопясь… Но уже поздно обдумывать, председателя не попросишь подождать. Особенно при таких обстоятельствах. Ладно, прорвемся как-нибудь, будет что вспомнить в старости.

Саша не стал стучаться, в эту дверь стучаться бессмысленно, она звуконепроницаемая. Он повернул ручку, с усилием открыл дверь (с усилием потому, что она еще и бронированная), сделал серьезное лицо и произнес с полувопросительной интонацией:

– Разрешите, товарищ генерал армии.

Несколько томительно долгих секунд Владимир Яковлевич сверлил его внимательным взглядом, а затем молча указал на гостевое кресло. Саша сел в кресло и положил рапорт на стол. Владимир Яковлевич внимательно прочитал бумагу, а затем, не говоря ни слова, сунул ее в шредер. Шредер загудел, поперхнулся, снова загудел и прожевал документ, Саша непроизвольно улыбнулся – оказывается, у председателя в кабинете стоит такая же глючная железка, как у всех, с первого раза никогда не включается.

– Рассказывай, – потребовал председатель.

Саша растерялся. Он ожидал, что Владимир Яковлевич начнет крыть его матом, эти обвинения надо будет выслушать с каменным лицом, а затем, когда председатель выдохнется, можно будет произнести ответную речь. А если начать ее прямо сейчас, когда эмоции еще не кипят, эффект будет совсем не тот. Блин…

– В рапорте все написано, – сказал Саша. – Исходя из приведенных аргументов, не вижу смысла в дальнейшей деятельности на своем посту.

– Это я понял, – сказал председатель. – Ты рассказывай, что нужно сделать, чтобы смысл появился.

– Ну…

Черт возьми, как ловко он повернул разговор! Что бы Саша сейчас ни произнес, он в любом случае будет выглядеть мелким интриганом, пытающимся подсидеть начальника. Весь план с самого начала никуда не годился, нельзя было подходить к председателю как к обычному генералу, надо было представить себе, что идешь на ковер к самому Лаврентию Павловичу.

Саша сделал серьезное лицо и начал говорить, стараясь, чтобы эмоций в голосе было поменьше:

– Во-первых, надо убрать из управления Серова. У меня есть подборка материалов…

– Вставляй, – сказал Владимир Яковлевич и указал на USB-разъем своего компьютера.