Читаем Дни чудес полностью

– Несколько недель назад за кулисами случился потоп, и казалось, что все кончено. Муниципалитет хотел закрыть нас. Но мы считаем, что это неправильно, мы считаем это место важным для нашего города. Вы пришли, так что, я думаю, вы согласны с этим. Для меня «Уиллоу три» не просто место, где работал мой отец, этот театр был моим домом. Здесь я выросла, я играла на стульях, на которых вы сейчас сидите, я училась читать на этой сцене. Здесь я научилась любить сказки и разные истории.

Не знаю, смогу ли объяснить, насколько эти истории были важны для меня. Когда мне исполнилось пять, у меня обнаружили серьезную болезнь сердца. В последнее время мне стало хуже – намного хуже. У меня всегда было сознание того, что мне будет трудно, что я не смогу достичь успеха. Мне бы надо было бояться, но я не боялась и не боюсь сейчас. Пьеса, которую мы собираемся показать вам сегодня, расскажет почему. Надеюсь, она вам понравится. Мы просим вас после представления сделать пожертвования. Наши волонтеры с корзинками стоят у двери. Если бы вы решили вступить в нашу группу «Спаси „Уиллоу три“», это было бы чудесно. А теперь, надеюсь не в последний раз, мы хотим рассказать вам одну историю.

На следующий день после посещения дома Маргарет, когда я отперла зеленую комнату, я прочитала все сценарии, оставленные ею для нас. Окунаясь в воспоминания, я была поражена чем-то общим для всех них: какую бы волшебную сказку мы ни рассказывали, какие бы фантастические иллюзии ни возникали в воображении, все они были, в общем-то, об одном. Когда я рассказала об этом Салли, она поняла, что именно это нам надо попытаться связать воедино.

Я спустилась со сцены и села рядом с папой.

Том

Прожектора из мастерской возвышались над простыми декорациями – панели вращающейся платформы Камила были закрыты полотнищами, раскрашенными под толстые каменные стены. На их фоне Тед, в сказочном королевском одеянии – свободный плащ и корона, – сидел у кровати, на которой лежала Эшли, дочь Наташи. На сцену вышла Салли и встала на возвышении в дальнем левом углу.

– В прекрасном замке жили король и его дочь, – начала она. – Они были счастливы и беззаботны, пока однажды принцесса серьезно не заболела…

На меня нахлынули воспоминания. Я вспомнил тот случай, когда семилетняя Ханна сидела в партере, фломастерами рисуя на клочке бумаги театральные декорации. «Когда вырастешь, то станешь художником-оформителем?» – спросил я у нее. «Папа, я не вырасту», – ответила она.

Но она выросла.

Я взглянул на Ханну. Она взяла меня за руку.

– Король вознамерился найти исцеление, сколько бы это ни заняло времени, как бы далеко ему ни пришлось уехать, – продолжала Салли. – Но дочь умоляла его не оставлять ее в мрачном замке.

– Я умру от одиночества и скуки! – выла Эшли.

Она замечательно переигрывала, и из зала раздавался смех. Я осмотрелся по сторонам и увидел ряды, заполненные целыми семьями. Куртки, перчатки и шапки они побросали на пол. Одни дети устроились на руках мам и пап, засунув пальцы в рот, другие стояли на стульях, некоторые сидели в проходах, скрестив ноги. Минуту назад они кричали и капризничали, а теперь смотрели на сцену. Я увидел Элизабет, которая не отрывала взгляда от представления. В ее глазах отражался свет ламп.

– Обезумевший от горя отец кое-что придумал, – продолжала Салли. – В королевском театре была труппа актеров, плутов и шалопаев, которые наверняка могли составить принцессе компанию, пока он будет в отъезде.

Теперь на сцену вышли другие участники драмкружка – Шон, Джеймс, Наташа и остальные, – одетые в броские костюмы шутов и акробатов. Они принялись скакать по сцене, как цирковые артисты, под аккомпанемент небольшой фолк-группы, выступавшей у входа в театр. Музыканты слегка фальшивили. Дети в зрительном зале смеялись и показывали пальцем, особенно когда Шон попытался сделать колесо и едва не свалился со сцены. Конечно, Джеймс подхватил его.

– Вы будете как можно чаще навещать принцессу? – спросил Тед. – Будете ставить пьесы и развлекать ее?

Актеры горячо согласились. И я мысленно увидел, как моя маленькая девочка подбегает к окну спальни, отдергивает шторы и видит караван фей. В тот вечер было холодно, но все они пришли. Мои друзья. О-о, друзья мои, без вас мы бы не справились. Я почувствовал комок в горле. Ханна взглянула на меня и сжала мою руку.

– Я думаю о том вечере с вереницей фей, – прошептал я.

– Знаю.

– Когда я попросил их, я не думал, что кто-то…

– Я знаю, папа. Лучше смотри.

– Король уехал, и актеры сдержали свое слово, – продолжала Салли. – На следующий день они навестили принцессу в замке и спросили, что им сыграть.

– «Русалочку»! – выкрикнула Эшли из кровати.

И вращающаяся конструкция Камила со скрипом повернулась. Ему вновь все удалось. Теперь мы увидели декорацию подводного царства, стены были задрапированы полотнищами из мерцающей голубой органзы. Когда актеры начали играть старую сказку, все показалось мне таким знакомым. Где я это видел? Где? Актеры сидели на деревянном носу старого корабля, у штурвала стоял юный принц.