Читаем Дневник белогвардейца полностью

Наконец то, газеты подняли животрепещущие вопросы о грядущем голоде, о неизбежном при принятом большевиками курсе экономическом крахе и о катастрофическом состоянии транспорта со всеми вытекающими из сего последствиями. Этим специально занялась "Новая Жизнь"; ее сводки дают ужасные картины того, что творится на Руси: товарищи на железных дорогах творят великие безобразия, избивают служащих, и дороги корчатся в последних судорогах. Заводы и фабрики постепенно закрываются, ибо никакая производительная работа невозможна при современных расценках и при ничтожной работоспособности. Одна из петроградских фабрик, занимавшаяся во время войны постройкой деревянных частой для аэропланов, захотела перевести свои деревянные мастерские на выделку ходовой мебели; после выделки первой, партии обыкновенных письменных столов, стоивших прежде 40-45 рублей, произвели подсчет себестоимости и оказалось, что материал и работа стола обошлись в 1800 руб.

И так везде и во всех отраслях производства.

9 Декабря.

Верхопрап Крыленко не на шутку собрался воевать с Украиной. Троцкий объявил, что им дано разрешение формировать особые отряды из военнопленных, сочувствующих углублению русской революции и диктатуре пролетариата; несомненно эта попытка направлена к образованию особых частей, чтобы справляться с непокорными товарищами. Товарищ Троцкий торопится и не боится делать то, что боялся сделать товарищ Керенский.

Вообще по всему тому, что говорят в Главном Управлении Генерального Штаба про работу военного комиссариата, очевидно, что комиссары понимают, что товарищи были хороши для того, чтобы свалить старую власть, но что надо возможно скорее завести свои специальные большевистские части и на них опереть свое влияние. Троцкий отлично сознает, что приходить час, когда надо иметь надежные скорпионы, чтобы погонять и обуздывать эти слишком разошедшиеся звериные кучи; латышей едва хватает для Петрограда.

10 Декабря.

Судя по газетам, на юге образовался новый внутренний фронт и началась настоящая война; туда спешно отправляются части красной гвардии; комиссары убивают одновременно двух зайцев, так как этими отправками очищают Петроград от наиболее активных и опасных элементов. Пытаюсь достать какие-нибудь товарищеские документы, чтобы пробраться на юг, так как при данной обстановке открытый проезд с документами на командира корпуса, генерала и барона совершенно не возможен; так говорят все пробравшиеся с юга к своим петроградским семьям. Красноармейцы отправляются на юг с воинственными манифестациями; они еще не ошпарены впечатлением войны.

Идет приготовление общественного мнения и петроградского населения к подошедшему уже вплотную продовольственному краху со взваливанием всей вины на буржуев и на старый режим. Большевики в объяснениях вообще не стесняются: ведь объявили же они, что пьяные погромы последних дней организуются кадетской партией с целью ухудшить общее положение и использовать для контрреволюции пьяное настроение толпы. Ведь говорил же Троцкий, что, если Учредительное Собрание пойдет на непочетный для России мир, то большевики уйдут из собрания и пойдут против него. Разве слова теперь к чему-нибудь обязывают.

Пока что несомненно только то, что к нам пришел Царь Голод, а с ним экономический и промышленный крах.

11 Декабря.

 Первый день, прошедший без новых декретов; или материал для них истощился, или южные события слишком отвлекли внимание комиесаров.

По части продовольственного кризиса комиссары призывают рабочих справиться с ним "своими средствами"; как сие понимать в обращении к рабочим не поведано, но, при выяснившемся уже арсенале большевистских способов, средства должны быть весьма решительные и для нас буржуев, контрреволюционеров и старорежимников достаточно колючие.

В газетах сообщается о занятии Харбина китайскими войсками и помещена грозная телеграмма Троцкого, посланная им в Харбин, об аресте там всех, способствовавших этому событию русских властей. Товарищи комиссары, самым бесцеремонным образом тяпающие по головам всех попавших под их лапу русских, вообразили, что право этого тяпания распространяется чуть ли не на весь мир, Троцкий не соображает, что если Харбин занять китайцами, то кто же из его комиссаров или сподручных окажется в состоянии произвести требуемый им арест.

12 Декабря.

Сообщение с югом прекратилось; решил пробираться на Дальний Восток; весь вопрос в том, как добыть средства на дорогу; все наши несчастные сбережения мы по чувству долга обращали в военные займы, погибшие под декретом большевиков.

Голод надвигается во всю, так как Украина и Дон остановили весь подвоз с юга; остаются только далекие запасы хлеба в Сибири, но как их подать при хромающих на все колеса железных дорогах? Большевистский режим, распуская все низы, уничтожает даже надежду на то, что грядущее Учредительное Собрание окажется в состоянии восстановить какой-нибудь порядок.

13 Декабря.